Небо в рублях

На меня накатило чувство брезгливости, совершенно неуправляемое. Так я вздрагиваю до сих пор лишь при виде таракана. Наверное, поэтому не сумела сейчас сохранить нужную мину и ляпнула:

– Смолякова платит подруге деньги за молчание! Думаю, и квартиру вам она купила. Неужели не стыдно?

Катерина тряхнула головой, потом спокойно сказала:

– Милада помогает мне, потому что чувствует свою вину.

– Какую? – насторожилась я, крайне удивленная абсолютно трезвой речью собеседницы.

– Когда на Степочку напали хулиганы, – почти равнодушно сообщила Катерина, – ему проломили голову, нанесли смертельное ранение.

«Скорая» привезла мальчика в больницу, а там даже не дернулись. Я бегала, просила сделать операцию, но слышала в ответ: «Не мучайте парня, он скоро умрет, травма не совместима с жизнью».

Я растерянно заморгала, плохо понимая, куда Сонина сейчас клонит, потом постаралась разобраться в ситуации.

…Узнав о надвигающейся кончине сына, Катя впала в истерику и позвонила Ми. Смолякова мгновенно прилетела в клинику, имея при себе немалую сумму денег.

Кроме средств, Ми уже обладала известностью, поэтому медики всполошились и положили-таки полумертвого Степана на операционный стол. Вопреки ожиданиям эскулапов парень выжил, но впал в кому. И теперь похож на детсадовца.

– Все мои несчастья от Милады, – закончила Катя. – Не приди ей в голову мысль приехать в клинику, Степе не стали бы делать операцию, и сейчас бы я не мучилась, глядя на страдания мальчика. Ясное дело, Ми ощущает себя виноватой и поддерживает материально того, кого сделала инвалидом.

Я потеряла дар речи. А Сонина встала, открыла гардероб, выхватила оттуда еще одну бутылку коньяка, сделала прямо из горлышка несколько судорожных глотков, шагнула вперед и рухнула лицом вниз.

В моей жизни был период, проведенный около мужа-алкоголика, и с тех пор я очень хорошо знаю: невменяемо «накушавшегося» человека нельзя оставлять лежать на полу. Даже на паркете, в теплом доме. Во-первых, пьянчуги моментально схватывают воспаление легких, а во-вторых, от того, что они спят слишком глубоким сном и не ворочаются, у них случаются травматические отеки.

Генка, например, месяц ходил с полупарализованной рукой – он отлежал себе конечность во время очередного запоя. Как бы вам ни было противно, пьяницу необходимо переместить на мягкое ложе, подсунуть под него матрас или толстое одеяло.

Наверное, сейчас мне бы следовало молча уйти, ведь ничего, кроме брезгливости, Катерина у меня не вызвала.