Онлайн-библиотека книг
Никита себе машин понакупает – он дольше чем полгода на одном авто не катается, а Лизка брюликами обвесится. Ой, беда, беда… А мне куда? Господи!
Раиса принялась всхлипывать, я молча уставилась в окно. Думается, по миру семья не пойдет. Огромное здание со здоровенным участком стоит несколько миллионов долларов. И еще, остаются книги Милады, их будут переиздавать. Да, похоже в этой семье к хозяйке относились потребительски, использовали как дойную корову. Вот и Раиса сейчас жалеет не Миладу, а оплакивает себя, боится остаться без средств.
– Эй, девки, – донеслось из сада, – идите сюда!
– Нет! – хором крикнули мы в ответ.
– Давайте-давайте, не трусьте!
– Никогда! – снова слаженно откликнулись мы с Раисой.
– Топайте во двор, говорю! Все нормально, тут ерунда какая-то… – настаивал Михаил Степанович.
Мы с Раисой переглянулись, потом схватились за руки и пошли на зов.
Глава 10
Первое, на что наткнулся мой взор, было женское тело, одетое в грязные джинсы и сильно испачканный некогда светло-бежевый пуловер. То, что еще несколько дней тому назад было улыбчивой, приветливой Смоляковой, теперь лежало, вытянувшись на сочно-зеленой траве.
– Дальше ни шагу! – заявила я. – Не хочу!
– Ага, – кивнула Раиса.
Мы замерли, потом я сердито воскликнула:
– Какое право имели, без милиции…
– Да заткнись ты! – ласково велел Михаил Степанович.
– И мы перетрухали, – пробасил один из охранников. – Во блин, похожа-то как…
– Ну просто одно лицо! – подхватил другой секьюрити. – Придет же людям такое в голову, чистая фотография…
– Шутники! – взъярился вдруг Михаил Степанович. – За такое надо на пятнадцать суток сажать!
– Ваще, блин! – голос первого охранника.
– Чума! – голос второго.
Мы с Раей растерянно смотрели на злющих, ругающихся на чем свет стоит секьюрити.
– Это не Смолякова!
– Верно.
– А кто?
– Никто.
– Как это?
– Пойди и потрогай.
– Нет!
– Фу, дура! Не боись, не укусит. Кукла.
– Кукла? – повторила я. – Не может быть! Такая большая? Зачем ее зарыли в саду? Откуда она взялась? О боже!
Раиса выдернула свою ладонь из моего потного кулака и бросилась к «трупу».
– Тетя Мотя! – завопила она.
