Небовзор

Бестия свернулась в кресле так, чтобы авоська с драгоценным плодом оказалась в центре, и отказывалась расставаться с ней хотя бы на секунду.

– Бестия… – Я подползла к краю кровати и доверительным шепотом призналась: – А я влюбилась.

– Пф-ф-ф! – сказала та и закатила глаза.

– Ой, вот кто бы пищал! – засмеялась я, намекая на дыню, и услышала стук в дверь.

Перепуганная драконица вскочила и метнулась под кровать, чтобы спрятать авоську, а я поплелась открывать.

– Ты меня не видела, – трагическим шепотом сообщила подруга, врываясь в комнату и падая на колени.

– А-а-а… – растерянно протянула я, глядя на то, как она быстро принимает упор лежа и закатывается под кровать.

Бестия активно сопротивлялась. Слышалась возня и сердитое пыхтение Подгорной, но прежде, чем я успела вмешаться в подкроватный конфликт, в дверь снова начали нетерпеливо колотить. Судя по звуку, кулаками.

– Привет, Эрик, – поздоровалась я, отпирая хмурому парню.

– Я. Идиот, – вместо «здрасти» сообщил Эрик Хезенхау и, не дав мне и шанса себя послать, целеустремленно вошел в комнату.

Что же. Жизнеутверждающее начало дня.

– И что у вас случилось? – спросила я, закрывая дверь.

Северянин выглядел растерянным и слегка побитым. И если второе меня не удивило, то откровенно потерянный вид слегка выбивался из моего общего представления о Хезенхау и его способах проводить досуг.

– Рианка, я, кажется, накосячил.

– Вот это можешь не уточнять. Просто сразу переходи к делу. Где ты накосячил?

Эрик поворошил сложный узор из косичек на голове и начал каяться.

Со слов адепта Хезенхау, они с Властой ехали на Ио, чтобы познакомиться с его родителями. Беда в том, что Эрик хотел сделать сюрприз обеим сторонам, поэтому и словом не обмолвился Подгорной о том, что его отец трибун севера, а своей семье не рассказал про Власту.

И если Власта отреагировала на новость о статусе семейства Хезенхау в общем-то адекватно, а трибун был рад любому выбору сына, то его мама и бабушка сюрпризу не обрадовались.

– Понимаешь, они стояли и улыбались ей, а сами обсуждали на северном, какой я дурак, раз начал встречаться с иностранкой.

Я мысленно представила, что стою перед родителями Кристена Арктанхау, и вздрогнула. Да меня накроет паническая атака только на слове «здравствуйте», молчу о том, что родственницы решат перемыть мне косточки в моем же присутствии.

Но теперь по крайней мере понятно, почему Власта прячется под моей кроватью.