В гостях числятся самые близкие люди, многие из них, как Крепов, связаны с нашей семьёй многолетним участием в общих бизнес проектах.
Что ж, потерплю до торта, а потом мы с Аней кинемся в пучину семейной жизни. Чувствую, что Аня волнуется, и меня это заводит, бодрит. Оказалось, что быть женихом очень даже здорово, есть в этом своя прелесть.
Раньше думал, что мужчина в ожидании свадьбы, как минимум находится в стрессе, а то и хуже — в ужасе. Вероятно, у кого- то так и есть, но не в моем случае. Может ограниченность нашего брака меня расслабляла, может страх потерять бизнес, не знаю.
Но я последние дни наслаждался возможностью обнимать-целовать невесту. А невозможность с ней спать, дарила какое-то особое предвкушение.
Я смотрю на себя в зеркало — готов. Нужно идти за Аней и переставать крутить в голове все эти романтические глупости. Откуда это все в моей башке взялось? Наверное возраст, всё-таки, даёт о себе знать — становлюсь сентиментальным.
Аня ждёт меня у себя в комнате, там ее готовили к свадьбе.
Я хотел всё проще сделать, без этих церемоний прихода жениха к невесте, но организатор свадьбы впала в шок, когда узнала, что я планирую встретиться с невестой в гостиной или даже уже в машине.
Да и отец уже получше зарядил телефон, чтобы снимать нас с первого шага дома и до отъезда в гостиницу. Естественно, другие — то не в курсе, что брак с Аней не совсем обычный, поэтому я решил не упрямиться и согласился на все эти ритуалы. Правда сократил их значительно, оставил только самое необходимое, по словам организаторов.
Иду по коридору и вижу, что у дверей невесты собрался мужской отряд — отец с телефоном наперевес, Димка с букетом, Роман тоже с какими-то розами, все нарядные, аж глаза слепит.
А у меня внезапно начинает частить пульс. Вот те на! Не ожидал от себя, что начну волноваться, даже ладони взмокли.
— Ваня, ты просто красавец! — отец направляет на меня камеру смартфона. — Эх, мать бы сейчас рыдала от счастья. Хоть я дождался…
Глаза отца подозрительно блестят, хотя губы растянуты в улыбке.
А у меня ком в горле, про маму отец зря сказал. Это совсем сбило мой настрой и ритм пульса. Дима явно почувствовал мое состояние, он всегда это мог как никто другой.
— Эх, брат! — с серьезным лицом и смеющимися глазами восклицает мой дорогой Дима. — Теряем тебя, эх, теряем! Кто ж теперь со мной выпьет и погуляет? Все! Теперь с женой досуг- то проводить будешь. Растолстеешь, раздобреешь.
