Нечего терять, или Мужчину делает женщина

Если ее продать, можно выручить неплохие деньги. А ты знаешь, что деньги никогда не бывают лишними. Лишними бывают только люди… Я не мог понять, почему мой товарищ не вышел со мной на связь, а когда ты сказала, что скинула его в пропасть, понял, что ты не такая уж слабая, как я предполагал.

– Ошибка твоего товарища была в том, что, прежде чем меня убить, он захотел меня изнасиловать.

– Оно и понятно. Я говорил ему, какая ты темпераментная и как сильно любишь трахаться.

– Ну ты и сволочь… Это ты натравил на меня кавказца?

– Кавказец – дурак.

Я наказал ему убить тебя возле казино, а он умудрился протащить ствол в помещение… Вот и получил, что заслужил. Я следил за тобой и всю дорогу сюда висел у вас на хвосте, но вы не заметили. Когда же я понял, что дело пахнет не только продажей квартиры, подумал, что ты настоящая курица, несущая золотые яйца. Дай шкатулку. Ты уже покойница, а покойникам деньги совсем ни к чему.

Челноков нажал на пику, острие вонзилось мне в горло, и я заплакала от боли…

Из дома никто не выходил.

Никто. Ни Кабан, ни Юрий Юрьевич, ни Малыш. Я поняла, что мне уже не на кого надеяться, неоткуда ждать помощи, я посмотрела на шкатулку и подумала, что уже неважно, отдам я ее Челнокову или нет. Он убьет меня в любом случае. Потому что самый безопасный свидетель – мертвый свидетель. Я попыталась еще раз оттянуть время и вновь заговорила:

– Ты помнишь, как мы встретились впервые? Ты был интересным парнем. А какие у тебя руки! Ты так трепетно ласкал меня. Вспомни, какой я была, когда ты увидел меня в первый раз.

Я была хорошенькая и до безумия соблазнительная, – я старалась говорить как можно спокойнее, но это давалось мне с огромным трудом. Голос дрожал, а шея, по которой тоненькой струйкой стекала кровь, подергивалась… – Помнишь, какие у меня были волосы до болезни? Они вились каскадом до самых плеч. Ты любил нежно их перебирать, делать мне разные прически…

– Заткнись, – перебил Челноков и выхватил шкатулку.

Я поняла, что еще немного, и все закончится. Все…

– Убери свою гребаную пику, а то тебе конец, – раздался совсем рядом знакомый женский голос.

Это была… Мила! В белой кофточке и коротенькой юбочке, слегка прикрывающей ее соблазнительный задок. В руке она держала пистолет. Не спуская Челнокова с мушки, она слегка наклонилась ко мне:

– Привет, дорогая, наверное, ты уже не ожидала увидеть меня живой и невредимой?

Я не верила своим глазам и смотрела на подругу как на привидение.

Челноков не отрывал взгляда от пистолета.