Нечего терять, или Мужчину делает женщина

– Тебе понравился мой ствол? – засмеялась Мила. – А хочешь, я тебе покажу, как он действует? Это отличная пушка, она прекрасно стреляет. С ней уже познакомились два ублюдка вроде тебя.

Челноков отшвырнул пику и, прижав шкатулку к груди, ринулся в кусты.

– Вот сволочь… – жалобно заскулила я. – Забрал деньги, а там моя доля. Я хотела купить родителям домик у моря.

– Так беги за своим домиком. Будь сильнее…

Мила протянула мне пистолет, я схватила его и бросилась следом за Челноковым. Он заводил мотор. Во мне кипели злость и ненависть.

Я должна отомстить… За себя, за сына, за свою поруганную любовь и за нервы моих родителей… Я стала стрелять по колесам и сама удивилась, как складно у меня все получилось. К счастью, пистолет оказался с глушителем, соседи стрельбы не услышали. Машина осела, Челноков выскочил и побежал по тропинке, ведущей к реке.

– Придурок, отдай деньги! – орала я и размахивала пистолетом.

Я летела как сумасшедшая и неожиданно потеряла Андрея из вида, остановилась и стала всматриваться в темноту.

Андрей исчез. Вытерев кровь с шеи, я закричала:

– Челноков, хрен моржовый! Где ты?!

И тут на меня навалилось что-то тяжелое. Это был Челноков. Он выхватил у меня пистолет и прохрипел:

– Ну все, сучка, ты покойница! Только прежде чем тебя убить, мне хочется тебя трахнуть.

Он повалил меня на землю, впился поцелуем в мои губы и сжал мне горло. Я поняла, что он невменяем. Выбраться из-под него не было никакой возможности. Я попробовала закричать, но получила болезненную пощечину.

– Заткнись, тварь! – прикрикнул Челноков. – Какая ты все-таки живучая! Но ничего, я все равно убью тебя.

Челноков зажал мне рот одной рукой, а другой расстегнул молнию на своих штанах. Я попыталась дотянуться до пистолета, и это мне удалось. Я нажала на спуск и… ничего не услышала. Кончились патроны. Я перестаралась, когда стреляла по колесам.

– Скажи, сучка, у тебя в больнице были любовнички?! Ведь ты трахалась, признайся честно. Я знаю, что ты трахалась не только с врачами, но и с санитарами, – задыхаясь, бормотал Челноков.

Я поняла, что еще немного, и он войдет в меня. От этой мысли меня затошнило и затрясло, словно в лихорадке.

Неожиданно раздался уже знакомый приглушенный щелчок, и Челноков обмяк и замер. Чьи-то сильные руки стащили с меня это чудовище. Я приподнялась и увидела сидящего на корточках Юрца.

– Привет, – дружелюбно произнес он.

– Привет, – охая, сказала я и попыталась подняться. Платье и трусы были разодраны в клочья.