Нечестивцы

Он тоже сделал свой выбор, как и я. Все кончено… а я надеялась. Да, я надеялась, что застану Максима, и вдруг все исчезнет, растворится весь этот кошмар и…Ничего не случилось. Значит, это судьба. Наши дороги разошлись и никогда больше не пересекутся. Я только буду молиться, чтобы он был жив и счастлив. Я буду молиться за него, и отпускать из моей жизни. Но тоска захлестнула с такой силой, что я зажмурилась и стиснула пальцы, впиваясь ногтями в кожу. Максииииим! Почему ты не дождался меня! Возможно, у нас был бы ничтожный шанс… у тебя был бы шанс… тот самый, который я отобрала.

И у меня…у нас. НЕТ! Не было у нас никаких шансов! И нас больше нет!

Резкий порыв ветра распахнул окно, и единственное фото на стене… фото Макса упало на стол, треснула рамка, разбились часы…они остановились, и на циферблате застыло время — 01:00.

***

Я приехал к месту назначения раньше назначенного срока. Время –

00:55. У меня было целых пять минут для того, чтобы просто развернуться и уйти. Отказаться от новой жизни. Или же шагнуть в эту самую жизнь, оставляя позади свою семью, свою женщину.

Шагнуть туда, где всё это не имеет ни малейшего значения. А единственное, что важно — не уметь чувствовать, не иметь привязок, и уметь убивать. Ну, что же, убивал я предостаточно; все привязки обрубил, захлопну за собой дверь собственного дома; а чувства… Со временем умрут и они. А пока просто достаточно не показывать, что они есть.

Развернулся на еле уловимый шорох за спиной и встретился с взглядом из-под темного капюшона, низкий голос задал вопрос, на который я и сам ещё не нашёл в себе ответ:

— Значит все же согласен, Зверь?

Склонил голову.

— Согласен.

Почему-то бросил взгляд на часы — они остановились, показывая ровно 01:00.

Глава 20. Карина

— Фатима, вот, отнеси Господину.

Асия передала поднос с заставленными тарелками совсем молоденькой ещё девчонке лет пятнадцати и, обойдя меня по большой дуге, подошла к плите, на которой стояли кастрюли. Девочке прошмыгнула мимо меня с тяжёлым подносом в руках, даже не взглянув.

Невольно проследила за ней взглядом. Изящная, грациозная, даже в самой закрытой одежде и с надёжно спрятанными под черным платком волосами, она двигалась всегда бесшумно и постоянно была чем-то занята. Кажется, я никогда не видела её просто слоняющейся по дому без дела. Как, впрочем, и Асию. И любую другую женщину в этом особняке. Ага. Кроме меня и Авры, все женщины здесь работали. С раннего утра и до поздней ночи. И в самом доме, и в саду.