Ту, на которой она ублажала абсолютно чужого мужика. А потом Радич добил меня окончательно. Он взорвал мой мозг и вывернул меня наизнанку. Камеры с моего собственного дома, камеры с дома в котором жила мать моих детей. Они давно общались. Давно! Проклятье! Я помнил тот день, когда гладил мою жену по мокрым волосам и спрашивал почему они мокрые. Сказала, что попала под дождь. А камеры зафиксировали как этот ублюдок накрыл её своей курткой. Вот тогда все и началось! Да! Именно тогда!
В бешенстве ударил по приборной панели кулаком.
Как долго, Дарина? Как давно ты меня обманываешь? Ты строила из себя обиженную и верную жену, а сама за моей спиной трахалась с охранником. Разыгрывала из себя святую невинность, попавшую в лапы жестокого Зверя. Я рассмеялся, не обращая внимание на Радича, сидевшего за рулём. Она же сама мне говорила. Честно призналась, что согласна стать шлюхой моих охранников. А я как последний идиот обвинял себя в её страданиях, ненавидел себя за ту боль, что причинил ей.
Этой лживой твари! Я представлял, как этот гребанный сукин сын берет её и у меня темнело перед глазами. Я хотел разодрать их на части. Обоих. Немедленно. Лично.
Интересно, как долго она издевалась надо мной, лежа под ним? Они, наверное, вместе сидели и читали письмо, которое я отправил ей с курьером. Читали и смеялись над мужем — рогоносцем, уже готовя свой побег. Но я найду их. Найду и тогда они поймут, что слухи про жестокого монстра Макса Зверя сильно преуменьшены.
Но как же больно, твою мать! Так больно мне не было даже когда меня пытали в Чечне…Ощущение, будто внутренности вывернули наружу и теперь давят ногами. Я закрываю глаза и вижу перед собой кадры с камеры. Бл…дь…Когда я в первый раз увидел эту запись, будто получил удар под дых. Удар такой силы, что даже покачнулся, и чтобы не упасть мне пришлось вцепиться в спинку стула, стоявшего впереди.
В тот момент я даже не поверил в увиденное.
— Отмотай назад! — приказал Радичу и подался вперёд, уверенный что девушка на записи не она! Моя Даша никогда бы так не поступила со мной.
Это должно быть одна из горничных отеля. Я старался обмануть сам себя, уже понимая, что все эти доводы слишком жалкие. Зная, что именно она тогда сидела на этой скамейке и с упоением целовалась с другим мужиком. Не горничная, не шлюха, а сама Дарина! Моя жена! Мать моих детей!"
"Мы преследовали их двое суток.
