— Только не говорите мне, что Вы какой-то кофейный экстрасенс, который может определить, что нравится человеку, просто взглянув на него.
Она окинула меня пристальным взглядом, и внезапно я пожалела, что вызвала ее пристальное внимание. Я не умылась, и на лице остались следы от вчерашнего макияжа. Мои волосы были спутанными и нечесаными. Глаза слезились. Я была в полном беспорядке.
— Ты выглядишь как человек, у которого нет времени на уход за собой. Как кто-то, кто слишком много работает и выживает на объедках тут и там, а также на большом количестве кофеина для поддержания сил.
Голос Кармеллы сказал мне, что она знала, что была права.
В яблочко.
Сонни фыркнул.
— Прямо как босс после возвращения из Неаполя, да? - обратился он к Кармелле.
Она кивнула.
Ренато когда-то был таким же уставшим и доведенным до крайности, как и я? Я не могла себе этого представить. Мужчина казался слишком собранным. Слишком контролирующим всё и всех вокруг.
— Вы присматриваете за сестрой, не так ли? - продолжил Сонни, снова заставив меня задуматься о том, как много он знал обо мне.
— Дети - это тяжело.
— Она не ребенок. Ну, почти нет. Ей девятнадцать.
— Девятнадцать - это когда в чем-то еще ребенок, а в чем-то - уже нет. Вы и сами выглядите ненамного старше, если позволите заметить.
— Мне двадцать шесть, - пробормотала я и сделала глоток кофе.
Этот разговор не добавлял мне хорошего настроения. Обычно я беспокоилась о том, что из-за стрессов и заботы о Люси, я становлюсь изнеможденной и старею раньше времени.
Теперь оказалось, что мой образ жизни не так уж старит меня, как я опасалась. Это было странное облегчение. Но почему меня это вообще волновало? День, когда я забеспокоюсь о том, считает ли Ренато Де Санктис, самозваный диктатор моей жизни, меня красивой, будет днем, когда я спрыгну с крыши. Это стало бы явным доказательством того, что меня похитили.
— Buongiorno tutti13, - раздался глубокий голос от двери, заставив меня напрячься.
Ренато вошел на кухню, и пройдя за стойку, поцеловал Кармеллу в щеку.
Как будто в комнату зашел тигр без признаков дрессировщика или ошейника. Это было чересчур. Его было слишком много.
Пожилая женщина улыбнулась ему, похлопав по руке, и они заговорили по-итальянски. Я воспользовалась возможностью изучить мужчину, держащего меня в плену. В Casa Nera явно был тренажерный зал, потому что он занимался спортом, судя по его одежде и блеску пота на голых руках.
Эти руки были чем-то особенным. Я не могла отвести от них взгляд.
