Надеюсь, однако, что ты сумеешь пользоваться их благосклонностью немного дольше, чем моей, – безжалостно грубо добавил он. – И не нужно делать вид, что удивлена! Я спал с тобой, пытаясь как можно лучше разыгрывать роль ничего не подозревающего мужа, вовсе не потому, что хотел тебя. – Он намеренно лгал, но в душе с каждой минутой росла жажда убийства.
– Джордан, что случилось? – охнула Александра, но тут же в ужасе сжалась: глаза мужа полыхнули исступленным бешенством.
– Мне нужны не вопросы, а ответы, – прорычал Джордан.
Сообразив, что пройдет еще не менее десяти минут, прежде чем Фокс встревожится и отправится на поиски пропавшего хозяина, Джордан снова присел на стол, опираясь на одну ногу и лениво покачивая другой. – Пока мы ждем, – любезно предложил он, показывая дулом пистолета на Тони, – может, не откажешься открыть мне кое-какие детали? Что из еды и вина было еще отравлено? Тони устало пожал плечами:
– Джордан, ты сошел с ума.
– Мне ничего не стоит прикончить тебя, – задумчиво сообщил Джордан, поднимая пистолет выше, словно собираясь нажать на спусковой крючок.
– Подожди! – вскрикнула тетка, бросая отчаянные взгляды на дверь. – Тони тут ни при чем! Он не может ответить, потому что ничего не знает!
– И, насколько я полагаю, моей жене тоже ничего не известно? – саркастически вставил Джордан. – Не правда ли, дорогая? – осведомился он, небрежно указывая пистолетом на Александру.
Слепая ярость словно подбросила Александру с пола. Как ни странно, она не выронила спрятанный в складках юбки пистолет и по-прежнему сжимала его в руке.
– И ты считаешь, что мы собирались тебя отравить?! – выдохнула она, глядя на мужа с таким видом, словно тот пнул ее в живот.
– Не считаю, а знаю, – объявил он, наслаждаясь тоской и ужасом в ее глазах.
– Собственно говоря, – презрительно протянул Берти Таунсенд с порога, целясь в голову Джордана, – ты не прав. Как вот-вот готова признаться моя мамаша-истеричка, именно я, и только я, смог задумать все эти достаточно действенные, хотя, к сожалению, неудавшиеся планы избавиться от тебя.
Тони вообще не способен убить даже кошку, и поскольку я в этой семье единственный, у кого есть мозги, мне самому пришлось о себе позаботиться. Почему у тебя такое удивленное лицо, кузен? Кажется, ты, подобно остальным, вообразить не мог, что калека способен на такое? Брось пистолет, Джордан. Мне все равно придется тебя убить, но если ты не послушаешься, я прежде прикончу твою прелестную жену.
