Она уже знала, что предвещают эти горящие страстью глаза Джордана и его низкий, чуть гортанный голос.
Сжав ладонями ее лицо, Джордан запустил пальцы в темные локоны. Ее щеки были гладкими, как атлас, а волосы словно шелк. Джордан чуть запрокинул голову жены и с бесконечной нежностью завладел ее губами, твердя себе, что так поступать может лишь безнадежный безумец, а когда она робко ответила на поцелуй, забыл обо всем и хотел было прижать ее к себе, но пригревшийся щенок громко запротестовал, испустив пронзительный негодующий визг.
Джордан резко отстранился.
Садясь в экипаж, Александра все еще безуспешно пыталась скрыть, как разочарована внезапно прерванным поцелуем. Джордан, однако, испытывал огромное облегчение по поводу того, что все так скоро закончилось; в противном случае ему бы, несомненно, пришлось выслушать еще одно объяснение в любви от сентиментальной девочки. Вряд ли простое «спасибо» удовлетворит ее на этот раз, а он не хотел сокрушить робкие надежды молчанием или терзать малышку наставлениями.
Лучше подождать годик-другой, прежде чем уложить ее в постель. К тому времени бабушка сумеет сделать из Алекс светскую даму с куда более реалистичными, чем теперь, представлениями о браке и семейной жизни.
Приняв столь нелегкое решение, Джордан мгновенно повеселел.
– Ты уже придумала для него кличку? – осведомился он, глядя на щенка, деловито обнюхивавшего каждый угол.
– Может быть, Баттеркап? [5] – предложила Александра, любовно улыбаясь маленькому созданию. Джордан брезгливо поморщился.
– Дейзи? [6]
– Ты, должно быть, шутишь.
– Дендилайон? [7]
Глаза Джордана насмешливо блеснули.
– Да он не сможет смотреть в глаза другим псам! Александра недоуменно уставилась на мужа:
– Мальчик сказал мне, что это «она». – Вот уж ни в коем случае!
Не в силах поверить, что совсем еще несмышленыш смог так ловко ее провести, Александра наклонилась было, чтобы поднять щенка и проверить сама, но у нее недостало смелости.
– Вы уверены?
– Абсолютно.
– Нельзя! – резко приказала она, когда щенок ухватился за подол юбки маленькими зубками.
В ответ он потянул еще сильнее.
– Прекратить! – прогремел герцог. Мгновенно распознавший глас свыше, щенок присмирел, отпустил юбку, вильнул хвостом и немедленно свернулся у ног Джордана, положив голову на начищенные сапоги. В награду за столь неприкрытое выражение преданности он получил взгляд, исполненный такого невыразимого отвращения, что Александра, не в силах сдержаться, звонко расхохоталась.
