Недостойная

Тело ректора осталось напряжённым, глаза — зажмуренными, и только с губ сорвался тихий вздох.

Я подошла ближе, сняла все датчики, закинула их в сумку, а потом погладила архимагистра по голове. По сути, на сегодня я закончила, можно уходить… Даже не так — надо уходить, меня ждут другие пациенты. А я вместо этого села рядом и осторожно обняла Арманиуса за горячие, будто бы обожжённые плечи.

— Ты садистка, Эн, — прохрипел он едва слышно. — Знаешь?

— Знаю, — всхлипнула я, ощущая влагу на глазах. — Простите.

— Не прощу.

Я погладила ректора по груди, впервые делая это не как врач. Нет, совсем не так…

И замерла, когда он застонал.

— Вам больно? — я хотела отдёрнуть руки, но Арманиус вдруг распахнул глаза и перехватил мои ладони своими.

— Нет. Не больно. — И вернул их себе на грудь. А после погладил мои пальцы, словно приободряя. — Приятно.

Я скользнула ладонями ниже, чувствуя почти невыносимое желание наклониться ближе, прижаться теснее… Но нельзя, нельзя!

— Мне… пора.

— Конечно. Иди. — Он отпустил меня сразу, и я тут же вскочила на ноги и потянулась к сумке.

Рука дрогнула, но сумку я удержала.

Нет, это мне точно послышалось.

Да-да. Послышалось…

* * *Когда боль после процедуры окончательно схлынула и Берт наконец смог нормально соображать, он вдруг вспомнил, что на носу праздник перемены года.

Давным-давно он любил его. В то время были живы и отец, и мать, и брат с сестрой. А потом…

Первой ушла Агата.

Потом погиб брат — он тоже был охранителем.

И уже после этого угасли мать с отцом. А Берт погрузился в работу настолько, словно мечтал, что и его тоже когда-нибудь заберёт один из демонов Геенны.

И были, были такие грешные мысли после потери дара. Но пришла маленькая зеленоглазая девочка и развеяла эти мысли.

И пожалуй, ей единственной по-настоящему хотелось купить подарок на праздник перемены года. Не кольцо, конечно, и не мощный артефакт по типу её чудесной иглы, но тоже что-нибудь… что-нибудь… хм.

Валлиус по браслету связи не отвечал демонски долго.

— Да? — рявкнул, зло сверкнув красными глазами за стёклами очков. — Чего, Берт? Говори быстрее, я с дежурства, спать хочу и жрать.

— Как думаешь, Йон… — Давно он себя так глупо не чувствовал. — Что можно подарить Эн на праздник перемены года?

Несколько секунд главный врач Императорского госпиталя удивлённо моргал глазами. Они по-прежнему были красными, но злость из них исчезала, сменяясь обычным ехидством.