Недостойная

Но он толком не знал, чего хочет от жизни, даже не был уверен, что желает править.

— Мне кажется, нормальным людям сложно желать подобного, — заметила я. — А его величество не произвёл на меня впечатление ненормального.

— Ты права, это большая ответственность. Но желать её можно, если ощущаешь в себе силы вынести на своих плечах эту гору обязанностей. Арен… он не знал, чего хочет. Но, беседуя и со мной, и с моим отцом, и с братом, определился. Мы посеяли в нём это зерно — желание изменить устои общества, ликвидировать социальное неравенство.

Не все в семье Альго были в восторге от подобных желаний наследника. Даже его отец сомневался в правильности подобных мыслей. Представляешь, в какой ужас пришла аристократия, когда Венец выбрал Арена?

— Да уж… — пробормотала я. — Странно, что его сразу не убили…

— Убить Альго не так-то просто. Конечно, нет ничего невозможного, но спешка в таких случаях чревата неудачей.

Я задумалась. Появилось ощущение, что архимагистр… тьфу… Арманиус говорит о вполне реальной попытке убийства императора, к которой идёт подготовка в настоящий момент.

Жутковатое чувство.

— Ладно, — я повела плечами — по коже даже мурашки побежали, — мы с вами засиделись. Давайте займёмся контуром.

— Хорошо, — ректор кивнул. — Как ложиться?

— На живот. И снимайте рубашку…

Если бы у Арманиуса был прежний резерв, сегодня можно было бы попробовать зажечь контур. Но… я боялась. Боялась, что если контур засветится, то потом нельзя будет изменить резерв, он так и застынет на семи магоктавах.

Поэтому решила повременить — неделя в запасе есть, а пока попробую сделать что-то с резервом.

Начать я решила с точечных электрически-магических импульсов. Они стимулируют заживление контура, и в теории могут воздействовать и на резерв. В теории…

Теория с практикой разошлась — резерв остался прежним. Но это был далеко не последний мой вариант. Точнее, вариантов у меня было шесть. Первый провалился, но оставались ещё пять…

— Не расстраивайся, Эн, — сказал Арманиус, когда я уже укладывала инструменты в сумку, собираясь уходить.

 — Я верю, всё получится. Но я готов к любому развитию событий.

Я давно поняла, что он готов. Но…

— Как ваша метка?

Ректор показал мне запястье, на котором я с трудом разглядела бледную и уже практически исчезнувшую метку.

— Чтобы держать университет, нужен резерв, — произнёс Арманиус спокойно. — Сейчас у меня его нет, и метка постепенно растворяется.

Я задумалась.