Недотепа. Непоседа

Как это сделать? Мнения есть?

Наступила тишина. Воины сидели вокруг костра, почесывали царапины и разминали ушибы, вздыхали и морщили лоб, но никто не проронил ни слова. Сильнее всех морщил лоб Шамад, даже стало слышно, как скрипят от натуги могучие кости его черепа, но и он ничего не мог сказать.

– Дозволено ли будет мне высказать одну глупую идею? – робко спросил Амаль.

– Конечно! – оживился Трикс.

– Завтра днем, по повелению могучего Алхазаба, состоятся традиционные ежемесячные бои между желающими того воинами.

Победитель будет принят в число Фаворитов, Стерегущих Бога.

– Куда-куда принят? – не понял Трикс.

– Ну, раньше их называли Гвардией Публичного Устрашения, а потом Кругом Гарантированной Бдительности. Это личная охрана Прозрачного Бога.

– Хорошая традиция! – обрадовался Трикс.

– Поскольку Прозрачный Бог – самый сильный в мире волшебник, то он не нуждается в магической защите, – осторожно добавил Амаль. – И на состязании Алхазаб лично следит за тем, чтобы бои шли без всякой магии.

Трикс кивнул. Потом уточнил:

– А каким оружием можно биться?

– Любым, – ответил Амаль.

– И это тоже – хорошая традиция! – улыбнулся Трикс.

…Когда большая армия стоит на привале в пустыне, то в полдень мало кто высовывается из шатров. Уныло бродят патрули, закутанные с ног до головы в белые одежды (только глупые северяне на жаре пытаются раздеться, жители юга знают, что одежда защищает не только от холода, но и от жары). Бредут по своим делам посыльные (именно в самое пекло каждому командиру приходит в голову мысль: а не спросить ли у другого командира, как тому нынешняя жара?).

Поят верблюдов и коней молодые воины (которых только и отряжают на такую каторжную работу).

Но в этот день лагерь Алхазаба наслаждался прохладой. Рано утром Прозрачный Бог вышел из своего шатра, потянулся, посмотрел на небо и сообщил, что сейчас появятся облака. Минут через пять откуда-то со стороны моря примчались тучи. Неведомая сила подхватила облака над горячими волнами, сбила в кучу и с дикой скоростью дотащила до пустыни.

Если бы облака могли думать и говорить, они бы искренне возмутились тому, что им суждено бесследно растаять над пустыней, повинуясь воле могучего мага, а не прожить свою короткую облачную жизнь в привычной обстановке.

К счастью, облака – это всего лишь мельчайшие капли воды и льда в воздухе, поэтому они не могли ни думать, ни говорить, ни возмущаться поведением Прозрачного Бога.