— Группа студентов по обмену из Алгарда прибыла и ожидает ваших дальнейших распоряжений!
— А-а-алгард, — недобро тянет дракон, пристально вглядываясь в моё лицо. — Что-то знакомое.
Взгляд ощущается так явно, будто меня ощупывают чьи-то горячие ладони, и я смущённо опускаю глаза, делая вид, что меня страсть как интересуют мраморные плиты."
"— Так вы из того Алгарда, который является столицей Оукланда? — тёмные брови ректора удивлённо взмывают вверх.
— Так точно! — чеканю я. — Студенты Николь Россо, Лора Лоретти и Рональд Сакко! Ждём нашего куратора, и…
Я осекаюсь, увидев, как меняется взгляд драконьего ректора.
Глаза оказывают волной убийственного презрения, а губы сжимаются в две тонкие, белые нитки.
— Россо, Лоретти и Сакко… — в его голосе отчётливо слышится откровенная неприязнь. — Те самые трое людей из Алгарда?
И, не дожидаясь ответа, впечатывает в мой разум неприязненное:
— Сожалею, но мест для вас нет.
Глава 2
Мир сужается до одного-единственного лица — сурового, надменного, в котором нет ни капли человечности.
Чувствую себя рядом с ним жалкой букашкой: волосы растрёпаны, одежда покрыта слоем дорожной пыли, а сумка оттягивает руки, будто в ней поселилась большая семья камней!
Конечно же, ректор Дэриан Уорд терпеть не может людскую расу.
И сделает всё, лишь бы избавиться от навязанного им балласта.
На что только мы надеялись?
— Но позвольте, — тонкий голосок Лоры дрожит и звенит, как натянутая струна. Оборачиваюсь и вижу, как она толкает в бок Рональда, а тот торопливо вынимает из кармана свёрнутую в трубочку бумагу, скреплённую печатью:
— Господин Уорд, у нас есть официальное письмо, заверенное самим…
— Как жаль, — ректор брезгливо фыркает, и я уже готовлюсь к фальшивым сожалениям.
Однако Дэриан находит способ удивить, — как жаль, что границу до сих пор пересекают люди, не считающие нужным ознакомиться с нашим этикетом, молодой человек. В Дрэйгене нет господ.
Рон хмурится, исступлённо кусая нижнюю губу. Пытается понять, в чём же ошибся, и я в отчаянии перехватываю инициативу.
— Са́эр Уорд, примите наши искренние извинения, — вкладываю в интонации всё возможное почтение. — Дорога была тяжёлой, и мы…
— Я сниму вам номер в гостинице поблизости, — от вежливой, ничего не значащей улыбки ректора веет морозным льдом. — Дилижанс прибудет ровно в шесть и доставит на вокзал, где вы сможете сесть на воздушный корабль до границы с Оукландом. А вашему ректору направлю официальное письмо с искренними извинениями.
