Неужто давит в себе непрошенный смешок? Или хочет сделать замечание драконице, но не может принизить её авторитет при посторонних, то есть мне.
— Николь, — вздыхает Аннэтт и подаётся вбок, освобождая мне дорогу, — марш спать. Если завтра будешь вести себя хорошо, приходи на чай после обеда.
Выбора нет.
Поворачиваюсь к ректору, стараясь не смотреть на идеальный торс Дэриана. А тот, словно нарочно, разводит руки в стороны, открывая мне превосходный обзор на все оголённые части тела.
— Спокойной ночи, ректор Уорд, — выпаливаю скороговоркой, и сломя голову выбегаю через дверь.
— Спокойной ночи саэра Дэйвис.
Серьёзное выражение лица с тонкими лучиками-морщинками слегка добреет.
— Отдыхай, Николь.
За мной запирается дверь, и я иду к лестнице, но стоит пройти несколько ступенек, как наступаю на развязавшийся шнурок. Рвано выдыхаю сквозь сжатые зубы: день и без того был тяжёлый, не хватает мне ещё расквасить нос.
Сажусь на корточки, прислонившись боком к перилам, и дрожащими пальцами пытаюсь попасть в петельку, как до ушей доносится напряжённый голос саэры Дэйвис:
— Не знаю я что делать! Но Николь лжёт.
Вопрос зачем?
Сердце пропускает болезненный удар, а на корне языка разливается противная горечь.
Что значит, лжёт?
Я?
Но зачем?
Отбрасываю в стороны хорошие манеры и в гуськом, чтобы не производить посторонних шумов, спускаюсь на пару ступеней. Голоса становятся отчётливее, и я ловлю себя на том, что подслушиваю конфиденциальный разговор.
— Николь не может лгать, Аннэтт, — безапелляционно заявляет Дэриан.
От уверенного тона дракона в груди разливается приятное тепло, которое возмущённая часть меня стремительно гонит прочь.
— Пока ты разговаривал с Николь, — с жаром возражает саэра Дэйвис, — я успела навестить Майлу, и та призналась, что стянула рюкзак у Кеннета, но не передавала никакой коробки.
Подождите-ка.
Закусываю губу, пытаясь переварить услышанную информацию. Значит, Кеннет не просил ничего передавать, а его подруга по какой-то причине сама решила меня проведать?
Ах да, она же хотела, чтобы я выполнила её просьбу, но я задумалась и не запомнила, о чём она говорила.
Но что значит, она не передавала коробку?
— Майла могла солгать, — в голосе Дэриана не слышно ни доли сомнения. — Напомню, что в словах Николь я не услышал лжи.
— Напомнить, откуда у тебя способность распознавать ложь? — язвит Аннэтт, и я будто наяву вижу перекошенное от недовольства лицо ректора.
— От тебя, — помедлив, смиренно отвечает ректор Уорд.
