И видя подозрительный взгляд Алсу, мгновенно поправляюсь:
– Исключительно по рабочему вопросу. Может, надо комнату для молодоженов сделать, а там односпальная кровать.
Кстати, да. В квартире Михаила спальный траходром на восемь полос, а на втором этаже на Солнечный кровати какие-то не впечатляющие. Учитывая Юдинские этюды, очень непредусмотрительно.
Кнопок ему, что ли, туда положить?
Или крапивы?
Я бы полюбовалась на волдыри на его упругой заднице!
– Видимо, он планирует спать только на ней, – фыркает Алсу. – Я ее помню.
Она страшная и старая. Ей двадцать четыре.
У меня вытягивается лицо. Мои двадцать пять, видимо, в глазах Алсу – видимо, совсем преклонные года.
– Прям страшная? – не верю я.
– Я красивее, – без тени сомнения отвечают мне.
Ну тут вообще тяжело конкурировать, но меня прям распирает, что ж там за старуха Изергиль на последних сроках.
– Показывай, – требую я.
– Ты ей, что, обои под цвет волос выбирать будешь?
– Нет, – признаюсь я. – Просто любопытно.
Алсу достает мобильник, чехол которого украшен сумасшедшим количеством наклеек и подвесок, скроллит наманикюренным пальчиком и предъявляет мне фото.
– Она не страшная, – с сожалением приходится признать мне.
Алсу несомненно ярче, экзотичнее и эффектнее, но в этой девушке, сидящей на подвесных веревочных качелях на берегу моря, обхватив явный животик, есть мягкая женственность. Манкий типаж для всяких брутальных самцов.
У меня Лизка из типа того, только она от таких шарахается и выбирает себе ни рыбу, ни мясо вроде этого Сережи.
Девица – полная моя противоположность, это видно за версту.
Ну, Юдин, ты и сволочь!
Вернулся к бабе, обрюхатил, взял ее на работу, катит с ней в командировку, а мне вешает лапшу на уши про то, что слезать с меня не собирается! То-то он мне только роль любовницы предлагает.
Угу. Бегу, волосы назад.
В одном товарищ прав: ремонт – дело непредсказуемое!
У меня аж руки чешутся, как мне хочется поскорее закончить «сюрприз» для Юдина. Думаю, молодая жена тоже однажды порадуется!
Мы с Алсу треплемся еще часа полтора, выдуваем весь чай, обсасываем подробности личной жизни ее младшего брата и его друзей.
У меня от этих историй волосы на голове шевелятся, а Алсу ничего, бодро рассказывает. Впрочем, если все время жить в мексиканском сериале, то он становится нормой, а обычная жизнь – пресной.
А вот я как-то стара для такой драмы.
У меня вон членоносный яйценосец из рук уплыл, бесит, конечно, но страдать я пока не готова. Но мстю это не отменяет.
