Нефтяная Венера

По средам, а сегодня среда, Ваня купается.

– Привет! – Я заглядываю в приоткрытую дверь.

– Доброе утро! – радостно кричит Ваня, сидящий в бирюзовой воде.

Кто-то однажды сказал маме, что медный купорос в небольших дозах убивает микробов не только на растениях, но и на человеке. Мама ненавидела любых микробов. Однажды после Нового года она, пожалев оставшийся в рюмках и бокалах алкоголь, вылила его в цветы. Водка и вино содержат углеводы, они питательны, а значит, это полезно растениям, рассудила мама. Но главное, алкоголь убивает микробов.

Цветы завяли ещё до Рожества. Мама не признала свою вину, сославшись на плохую энергетику гостей и какие-то ошибки в пропорциях, допущенные из-за того, что папа говорил под руку. Рискованные эксперименты происходили регулярно, в основном не на цветах, а на нас с отцом, а потом и на Ване. Впрочем, мы от этого не умирали, а становились только крепче. Купорос был, пожалуй, самой безобидной из её выдумок. Больное горло она лечила керосином, мигрень – пассами руками.

Когда я был ребёнком, мама сажала меня в ванную, высыпав в воду горсть кристаллов медного купороса. Гранулы шли на дно, оставляя ярко-синие следы. Казалось, что в воде курятся магические благовония, выпускающие бирюзовый дым. Я обожал этот бассейный цвет юга и долгое время полагал, что ярко-синие ванны – норма жизни каждого советского ребёнка.

Время шло, список маминых методов в борьбе за здоровье обновлялся, но кое-какие истины оказались незыблемы. В том числе и меднокупоросные ванны.

Кроме смерти микробов, этот полезный элемент ещё и восполнял недостаток меди в организме. На меня меди хватило, я вырос, и мама взялась за Ваню. Её запасы купороса оказались весьма обширными.

Мама нуждалась в последователях. Отец всегда отлынивал от её диет и язвил по поводу ясновидящей. Я тоже не шёл с ней в ногу. В итоге идеальным учеником оказался Ваня. Мама получила, что хотела. Ваня доверял ей во всём: читал те молитвы, которые она указывала, делал специальную зарядку, развивающую связь с космосом, и остальное в том же духе.

Теперь его белое тельце торчит из синей воды, он играет с обкусанным пластмассовым утёнком. Синяя вода – второе после индийского ковра яркое пятно в окружающем мире.

– Когда новый медный купорос будет? – задал Ваня неожиданный вопрос. Я поднял некогда тяжёлый пакет, осмотрел его и понял, что грядёт купоросный кризис. Запасы, казавшиеся неиссякаемыми, конечны, как и их хозяйка.

– Когда?.. Скоро. Я знаю, где его взять.