Негодяй

Но он не знал, что за это время успеет завести новый роман. В начале отношений он всегда без ума от своей пассии.

— Я вижу, Блейк зря времени не теряет, — заметил Чарлз.

Он неодобрительно относился к многочисленным романам бывшего мужа Максин и не любил, когда упоминали о Блейке.

— Дети быстро привыкнут к новой подружке отца. Им это не впервой.

— Вряд ли Дафна когда-нибудь смирится с моим существованием, — проговорил Чарлз.

Он все еще с содроганием вспоминал, с какой яростью смотрела на него тринадцатилетняя девочка.

Чарлз не привык иметь дело со строптивыми подростками. Но Максин лучше разбиралась в их психологии. Ее не пугали выходки дочери.

— Все будет хорошо, — заверила она Чарлза. — Дафне нужно время, чтобы привыкнуть к тебе.

Они долго сидели у огня, ведя неспешную беседу. Домик располагался в живописной местности, и Чарлз через некоторое время пригласил Максин выйти на веранду, чтобы полюбоваться красотами природы. Землю устилал чистый, нетронутый снег. У Максин перехватило дыхание от восторга.

Чарлз обнял ее и поцеловал. И в этот момент зазвонил мобильный телефон Максин.

Это был Сэм. Он хотел, чтобы мама пожелала ему спокойной ночи. Максин немного поговорила с ним и, дав отбой, повернулась к Чарлзу. Он был явно раздосадован.

— Похоже, дети найдут тебя, где бы ты ни находилась, — едва сдерживая раздражение, заметил он. — Ты когда-нибудь отдыхаешь от них?

— Мне этого не требуется, — мягко возразила она. — Это же мои дети. В них заключена вся моя жизнь.

Чарлз боялся услышать именно эти слова.

Он не знал, как оторвать Максин от детей.

— Тебе нужно в жизни намного больше, — сказал он и снова припал к губам Максин.

На этот раз им никто не помешал. Они вернулись в дом, приняли по очереди ванну и легли в постель. Максин чувствовала неловкость и нервно посмеивалась. Она облачилась в длинную кашемировую ночную рубашку, халат такой же расцветки и носки. Эту одежду, конечно, нельзя было назвать романтической, но Максин решила надеть именно ее. На Чарлзе была пижама в полоску.

Они походили на двух пожилых супругов.

— Мне как-то немного не по себе, — шепотом призналась Максин.

Чарлз поцеловал ее, и неловкость, которую ощущала Максин, сразу прошла. Его руки скользнули под ночную рубашку, и вскоре вся их одежда уже лежала на полу.

Максин забыла, когда в последний раз занималась любовью, и ей было немного страшно. Однако ее опасения быстро рассеялись. Чарлз был нежным, внимательным любовником, и их близость показалась ей весьма естественной.