Негодяй

— Отлично! Значит, ты готов стирать и гладить белье, готовить ужин каждый день, отвозить детей в школу, собирать их каждое утро, заворачивая им завтраки с собой, и ухаживать за ними, когда они болеют?

— Я уверен: если бы не опека Зельды, твои дети были бы более самостоятельными. Им пора обходиться без няни.

И это говорил человек, у которого никогда не было детей! Какое право имел он судить о том, как надо их воспитывать? Чарлз всю свою жизнь избегал детей. Он из тех, кто давно забыл о своем детстве и поэтому имеет самые нелепые взгляды на воспитание.

— Я уже советовал тебе отдать детей в школу-интернат, — продолжал Чарлз. — Поверь, это самое разумное решение проблемы. И тогда ты с легким сердцем могла бы отказаться от присутствия в твоем доме няни с подозрительным младенцем.

— Нет, Чарлз, я не отдам своих детей в интернат. Они покинут мой дом, только когда поступят в колледж. И прошу тебя, не называй ребенка, которого собирается усыновить Зельда, подозрительным, подпорченным и тому подобное.

— Но вероятность этого велика.

Вернувшись в воскресенье домой, они сели ужинать вместе с детьми, и тут на кухню вбежала взволнованная Зельда.

— О Боже, Боже… — бормотала она, суетясь. — Началось! Началось!

Максин с недоумением смотрела на нее. Зельда бегала по кухне, как курица без головы по двору.

— Что началось? — недоумевала Максин.

— Роды начались! Молодая мама рожает в больнице Рузвельта.

— О Господи… — ахнула Максин, и дети, вскочив из-за стола, загалдели наперебой, возбужденно обступив Зельду.

Казалось, это Зельде предстояло родить ребенка. За столом остался один Чарлз. Он как ни в чем не бывало продолжал спокойно есть.

Через пять минут Зельда оделась и ушла. Дети, еще немного поболтав о том, что вскоре в их доме появится новорожденный, разошлись по своим комнатам. Максин устало села за стол рядом с Чарлзом.

— Спасибо за то, что ты сохраняешь спокойствие, — сказала она. — Я знаю: все происходящее тебе не нравится.

— Вам всем тоже не понравится, когда ребенок, зачатый матерью, находившейся в наркотическом опьянении, будет орать день и ночь в вашей квартире. Такие дети очень беспокойны. Вся ваша жизнь превратится в кошмар. Хорошо, что я переселюсь сюда не раньше, чем через два месяца.

Максин тоже была этому рада.

К большому сожалению Максин, Чарлз оказался прав.