Негодяй

Максин всегда выглядела деловитой и подтянутой и только дома позволяла себе расслабиться. Будь у нее время, она переоделась бы сейчас в джинсы и рубашку свободного покроя, но дети не могли больше ждать. Максин и сама страшно проголодалась и поспешила за стол.

Это был обычный семейный ужин, и Зельда села вместе со всеми за стол. Максин не допускала, чтобы Зельда ела одна, и обычно приглашала ее поужинать вместе с ней и детьми. Мальчики стали обсуждать события, произошедшие сегодня в школе, а Дафна, пребывавшая в плохом настроении, упорно отмалчивалась.

История с телефоном не выходила у нее из головы. Девочка злилась на Сэма, который наябедничал на нее. Время от времени она сердито поглядывала на младшего братишку, строя планы жестокой мести.

Джек рассказал о прошедшем сегодня матче и обещал матери поставить новую компьютерную программу. После ужина все разошлись по своим комнатам. Максин тоже отправилась к себе, чувствуя себя разбитой после трудного рабочего дня. Зельда осталась на кухне, чтобы убрать со стола и помыть посуду.

Через некоторое время, собравшись с силами, Максин решила заглянуть к дочери и поговорить с ней.

— К тебе можно? — спросила она, приоткрыв дверь спальни девочки.

Максин всегда просила у детей разрешения, когда хотела войти в их комнату.

— Заходи, если хочешь.

Дафна лежала на постели и смотрела телевизор. Пройдя в комнату, Максин села на кровать рядом с дочерью. Дафна успела сделать уроки еще до возвращения матери с работы. Она всегда хорошо училась. Джек уделял учебе меньше внимания, он отличался несобранностью и много времени проводил за компьютером.

— Я знаю, ты злишься на меня, Дафна, — мягко сказала Максин. — Наказание кажется тебе слишком суровым. Но пойми, никуда не годится, если девочки устраивают вечеринки с пивом. А я бы хотела доверять тебе и твоим подругам и не бояться оставлять вас одних.

Дафна долго молчала, потупившись.

— Это была не моя идея, — наконец заговорила она. — Пиво принесла одна из моих подруг.

— Но ты позволила ей сделать это и потом пила пиво вместе со всеми.

Семейный очаг — это священное место, Дафна. Я доверяла тебе, но ты обманула мое доверие. Это нехорошо.

Максин отлично понимала, что во всем виноват возраст Дафны, но она не могла не отреагировать на проступок дочери. Родители должны наставлять своих чад на путь истинный, это их святая обязанность. Дафна видела, что мать отчитывает ее без особого энтузиазма, и жалела только об одном — что Максин нашла пустые бутылки.