— Утром… По связи… — долблю сбивчиво.
Щёки Мироновой окрашиваются в розовый, а потом краска заливает всё её лицо. Она опускает голову и прячется за волосами. И да, сегодня она их не завязала.
— Настя, маленькая моя. — зову, когда слишком долго молчит. — Совсем пизданулся от желания. Напугал? Не должен… — фразу закончить не успеваю, потому что девушка, тряхнув волосами, поднимает голову и робко улыбается.
— Тебе же это надо было. Спермотоксикоз не шутки, сам сказал.
Начинаю ржать. Громко и несдержанно. Кайф топит изнутри, разгоняя по венам огонь.
Вот такая она, моя девочка. Ночью даже ""презервативы"" выговорить не могла, а утром наблюдала, как я дрочу и даже про сперму заговорила.
— Ты чего ржёшь? — стучит кулаком по плечу.
Перехватываю запястье и притягиваю к себе по максимуму. Грёбаный спорткар не позволяет перетащить на колени, поэтому просто прижимаюсь торсом. Заглядываю в растерянные глаза, переставая хохотать.
— Я тебя, малыш. Сильно. Ты лучшее, что случалось в моей жизни. Со всей этой своей откровенностью и стыдливостью.
Всегда такая разная, но понимающая. Обожаю, когда ты злишься. Когда смеёшься. Тащусь от ямочек на щеках. От твоего дурманящего запаха. Охуеваю от твоей сексуальности. — без матов не выходит, хоть и старался. — Кайфую от твоей скромности. По уши, Насть…
— И я тебя тоже, Тёма. Не просто по уши… С головой! — обжигает словами мои губы.
Блядь, и от этого тоже тащусь.
— Точно, всё норм? — не ясно, на черта уточняю.
— Да, Северов. Я и сама не лучше. Зачем-то танцевать начала.
Я… — опять краснеет. — Мне понравилось наблюдать за твоим лицом, когда ты… Боже! Я точно какая-то больная извращенка! Мало того, что оторваться не могла, пока ты… Ещё и говорю об этом зачем-то. Я ужасная! Испорченная! Я просто…
Перекрываю монолог, приложив ладонь к её губам.
Выдавить из себя ни хрена не удаётся. В башке такая каша, что нихуя сформулировать не выходит.
Ей понравилось наблюдать? Охереть. Ну пиздец просто полнейший.
Кислород перестаёт поступать и дыхалка работает вхолостую.
Проталкиваю внутрь воздух, но он со свистом вырывается обратно.
Какое-то время трачу на то, чтобы собрать мозги в кучу и выдать что-то более-менее адекватное. Миронова убирает мою ладонь ото рта и прячет лицо между плечом и шеей. Кайфую, когда она так делает. От её жаркого дыхания ползут мурахи.
Два дня назад меня это повергало в шок и даже панику, что ли, а сейчас… Ловлю чистейший кайф.
Легко обнимаю, водя ладонями по напряжённой спине.
