В этом был уверен на тысячу процентов!
Поэтому после работы заехал в студию танца — дикарка Алена внесла меня в черный список. Я не мальчик донимать с левых номеров: просто приду и возьму. Наигрались в поддавки. Правда, тут меня ждало разочарование — она домой уехала. Ладно, значит, там поговорим.
Я приехал на Артамонова. Хороший зеленый район, старенький правда, но чистый. Запад Москвы, роза ветров, любимые пенаты Брежнева. Я завис возле домофона. Код, естественно, не знал и что-то подсказывало, что мне не откроют.
Помог случай — мужик вышел, а я дверь придержал, зашел в подъезд, огляделся. Давно в таких не был, М-да...
Двери лифта открылись, и Алена выскочила буквально на меня. Шальная, резкая, высокий хвост буквально подпрыгивал. Сегодня она, как пуля. Только…
Я всмотрелся в заплаканное лицо. Неприятно резануло, что Алену кто-то посмел обидеть. Почему-то казалось, что по пустякам она рыдать не стала бы. Дело очень серьезное. Так и вышло.
— Отец кто?
Да, я хотел знать, кто заделал ей ребенка.
Почему не замужем. Почему работает на износ. Изначально был уверен, что это Ярослав постарался, только вопрос с финансами удивлял: вроде не бедный, а дочь живет в девятиэтажке года эдак восьмидесятого.
— Семен Разин.
Даже так… Не слышал о таком. Нужно справки навести. А пока…
— Никто не заберет у тебя дочь, — приподнял подбородок и большим пальцем провел по мягким влажным губам.
Я позволил дикарке Алене увидеть, что ничего в этом мире не дается просто так. Что за помощь придется стать кошечкой, временами дикой, временами нежной.
Нет, меня, как любого нормального человека, трогали истории, связанные с несправедливостью и произволом относительно детей, но всем и каждому не помочь. А если уж берусь за дело, в котором есть личный интерес, то воспользуюсь ситуацией по полной. Не я такой, меня жизнь этому научила. Философия мудаческая, но так у всех, а у кого не так — вы просто недостаточно хорошо знаете человека.
В машине набрал Сергей Семеныча, председателя судей в ювенальной юстиции.
У него влияние и на органы опеки, и на судебную систему в отношении несовершеннолетних.
— Сергей Семенович, приветствую, — и на часы взглянул — познавато.
— Здравствуй, Дмитрий Александрович. Рад слышать. Как дела? Как отец?
— У нас все хорошо, - коротко ответил и сразу к основному вопросу: - У одной моей знакомой есть проблема по вашей части. Поможете?
— Конечно, Дима. Рассказывай."
"— В общем, у одного хорошего человека опека дочку трехлетнюю забрала.
