— Благодарю, — присел на стул и обратил внимание на детский рисунок."
"— Это вам спасибо. За Катенька нашу. Я в таком шоке была… — и тут же оправдываться начала: — Вы только не подумайте: у нас нормальная семья, благополучная.
— Я верю, — успокоил ее улыбкой. — Алена и вы очень любите Катю. Это чувствуется.
— Ой, а что ж я такая невоспитанная. Меня Нелли Владимировна зовут, а вас?
— Дмитрий, — снова посмотрел на рисунок. — Очень умело для такой малышки.
— Да, — широко улыбнулась Нелли Владимировна, — это в Алену, наверное.
Она у меня с детства творческой девочкой была: пела, танцевала, рисовала. На фортепиано играла хорошо… Чай! — вскочила на свист, через минуту передо мной поставила чашечку на блюдце и придвинула пиалу с мармеладом.
В дверях появилась Алена. Застыла, глядя только на меня.
— Уложила? — к ней подошла мать. Алена кивнула.
— Мне пора. Спасибо за чай.
— Я провожу…
Мы вдвоем вышли в коридор, возле двери остановились:
— Спасибо, Дима, — прошептала Алена. Я сделал к ней шаг и убрал с лица густую волнистую прядь.
Дикарка вздрогнула, но глаз не отвела. Мы оба понимали, что это не конец. Это начало.
— Позвони, как будешь готова…
Я ушел. Я ждал. И я дождался…
Глава 11
Алена
Дверь закрылась за Димой, и я обреченно прислонилась к ней лбом. Что же мне делать… Вариантов немного, но сама мысль идти на сделку с совестью корежила и ломала изнутри. Не только потому, что придется спать с практически женатым мужчиной. Потому что понимала, что Дима опасен.
Опасен в принципе и опасен для меня лично. Он занимал мои мысли до сегодняшнего вечера, непрошено, нежеланно, невольно, но занимал! А теперь я вообще пропала. Если бы все было иначе! Если бы познакомились при других обстоятельствах, если бы не был так настойчив и жесток, если бы был свободен… Если бы помог мне бескорыстно, просто потому что человек. Я бы не осталась равнодушной. А так…
Блин, да я и сейчас не осталась равнодушной! Красивый, статный, сильный — достаточно, чтобы у неискушенной девушки снесло голову.
Но я ведь не такая: меня на голубую мечту о прекрасном, богатом, властном не купить. Тут другое: между нами вспыхивало бешеное напряжение от единого взгляда, слова, прикосновения. Иногда густое, темное, порочное марево. Иногда звенящее, тугое, натянутое, как острая струна. Такому сложно противиться. Но я смогу. Точнее, смогла бы, но не сейчас. Сейчас все иначе с привкусом тлена и безысходности.
Я была благодарна.
