Неистовый маг

Алекс с наслаждением вдохнул воздух и с удивлением понял, что мир вновь начал обретать краски. Это значило, что преимущество все же за людьми.

Внезапно Вульфс заметил бегущего из здания сильно кашлявшего, богато одетого мужчину. Одежда на нем немного дымилась, видимо, он до последнего отсиживался в здании, а сейчас решил навострить лыжи.

Как оказалось, не только Александр увидел беглеца. Свистнул болт и вошел как влитой в спину купцу. Но беглец немедленно развернулся, и с навершия уродливого жезла в его руке сорвался черный разряд, разорвавший удачливого стрелка напополам.

Не помог ни щит, ни доспехи. Купец, отбросив разряженный жезл, зажал светящийся красным светом амулет и поковылял прочь. К сожалению, никто больше не обратил внимания на эту сцену. Сражение и не думало утихать.

— Четыре круга ада! Я явно об этом пожалею! — Алекс устремился вслед за беглецом.

Бежать было тяжело. Усталость, заработанная во время сражения, навалилась с полной силой.

Искомый купец оказался за углом. Он тяжело оперся плечом о стену дома и судорожно дышал.

Увидев его, Алекс, не сомневаясь, бросился вперед. Не было никаких сомнений, что требовалось убить или оглушить этого человека до того, как он обернется. Вид разлетающихся половинок бойца другого десятка снова встал перед глазами.

Но не всегда то, что мы планируем, исполняется именно так, как мы хотим.

Купец обернулся, услышав тяжелый бег и судорожное дыхание стражника. Серое, искаженное болью лицо, покрытое сажей. Он был в панике, и появление преследователя окончательно сломало то немногое, что позволяло ему думать здраво.

Зажимающая рану рука метнулась к амулету.

Алекс понял, что сейчас что-то произойдет. Меч опускался медленно, куда медленнее разгорающегося света внутри красного камня в амулете.

Меч с хрустом прорубает и продолжает свое движение вниз, кроша грудь и ребра, застревая где-то внутри.

Тело землянина оцепенело, он силился что-то сделать, но ничего не получалось. Его разум сковал иррациональный ужас.

Купец упал на колени, меч опустился вместе с ним, правда, рука Алекса продолжала держать рукоять.

Лицо беглеца задрожало, меняя выражение на холодную усмешку. Человеческие белки покрылись цепочкой разрывов капилляров, которых становилось так много, что глаза за пару секунд стали абсолютно черными.

Новый владелец тела заговорил. И мир задрожал от той упоительной ненависти и ярости, что была скрыта в его голосе: — Бесполезный кусок мяса, до последнего тянул, не решался активировать амулет.