Неистовый маг

Что же, — Удлинившийся язык облизал губы и щеки. — Его душа оказалась довольно сытной.

Голос демона внутри тела стал грустным. — Что за ужасное вместилище. Кровь почти вся вытекла, жалкие физические кондиции, почти ноль в магии, так еще и само тело порченое…

«Что это за тварь?! И почему она разговаривает сама с собой?!»

— Ой, а про тебя я почти и забыл. — Глаза полутрупа неестественно провернулись, мертво уставившись на оцепеневшего стражника: — Ты просто не можешь представить себе, как я соскучился по реальному телу в физическом мире.

Иногда даже просто говорить, это истинное наслаждение. И поверь, тебе предстоит это узнать. Но ты прав, я что-то заговорился…

Будь у Алекса свобода движения, он бы упал на землю и стал бы кататься от охватившей его боли. У тела разом заболела каждая клеточка, в особенности голова.

— Твой удар, стражник, стал неприятной штукой. Я не могу восстановить повреждения этого тела с помощью магии хаоса, иначе оно просто отдаст копыта. Тебя будет недостаточно. Мне нужна заемная энергия.

И ты, мой новый прислужник, мне ее дашь.

Вульфс силился высвободиться, но воля демона была сильнее. Немыслимым усилием получилось шевельнуть кистью, чуть изменив положение меча. Демон не заметил этого, сконцентрировавшись на манипуляциях с человеком и односторонним разговором.

— Поэтому я сейчас дам тебе немного своих сил и навыков. Ты призовешь парочку десятков низших, после чего отправишь убивать твоих бывших товарищей и аккумулировать их жизненную энергию, которую затем передашь мне.

Алекс мысленно кричал, когда чуждые знания буквально вплавлялись ему в подкорку. О чем демон совершенно не заботился, это о безболезненности своих действий.

Знания, передаваемые Вульфсу, не были чем-то сверхсложным, наоборот, они были просты для исполнения. Задачей Алекса был удар в спину сражающимся, а для этого не требовалось много сил и знаний.

Но даже несмотря на все это, Алекс боролся. Сражался со своим непослушным телом, как никогда в жизни. Ведь на кону стояла даже не смерть, а нечто гораздо более худшее

— Но не беспокойся.

Я не буду убивать твой разум. Ты во всех подробностях насладишься смертью своих бывших товарищей и концом этого города, а затем и всей Империи. Если, конечно, твой разум не сойдет с ума раньше. Вы, люди, такие нежные, всего-то надо скормить вам тела вашей семьи, как вы уже ни на что не годны…

Взгляд Вульфса был сконцентрирован на амулете, цепочка которого так неосторожно висела буквально возле опустившегося так глубоко клинка.