Неистовый викинг

Теперь возвращаясь к разговору о термобелье… — И мужчина просунул руку под край ее майки и погладил живот. — Здесь слишком холодно, чтобы раздеваться полностью. Поэтому сейчас я не стану целовать тебя всю, чтобы ты не замерзла. Ты останешься в чем есть, а я буду ласкать тебя, не видя, что именно делаю. Примерно вот так.

Рука его скользнула выше, и пальцы нащупали тут же напрягшийся сосок.

— Мы займемся любовью в спальнике?

Лидии трудно было себе представить, как можно расслабиться под его прикосновениями.

— Закрой глаза.

Сосредоточься на ощущениях, — нежно направлял ее Джейк.

Его движения были медленными, упоительными, легкими, словно касание пушистого снега, и, когда его указательный палец ласкал ее соски, девушка почувствовала, что ей становится жарко. Когда рука Джейка скользнула в низ живота, она раздвинула бедра, поощряя его намерения. Плоть ее уже увлажнилась, и Лидия с нетерпением ждала, когда же он коснется ее.

Джейк удовлетворил ее желание. Он ласкал ее, пока волна дрожи не прошла по ее телу.

— Джейк, — позвала она и, не обращая внимания на холод, позабыв все разумные советы, обхватила его лицо руками и крепко поцеловала в губы.

Он привез ее сюда, буквально на край земли, и заставил пережить наслаждение неслыханной силы, о возможности существования которого она даже не подозревала.

Когда Лидия пришла в себя и расслабилась, Джейк лег рядом с ней на спину и крепко обнял. Она положила голову ему на плечо и обхватила его рукой. Она было просунула пальцы под его термобелье, но мужчина остановил ее, накрыв ее руку своей поверх ткани.

— Считай, так я отблагодарил тебя за вчерашнее удовольствие, — тихо пояснил он. — А если ты действительно хочешь сделать мне приятное…

Он на мгновение замолчал, и девушка подбодрила его:

— Расскажи мне, почему такая одаренная художница, как ты, растрачивает свою жизнь, свой талант и работает юристом.

— А я никуда не тороплюсь. — Джейк легко поцеловал ее в лоб. — Ну же, милая, объясни мне.

— Мои родители… — начала было Лидия и запнулась.

Ну как, как можно рассказать ему, что ее родители хотели мальчика, и разочарование всегда читалось в их глазах, когда они на нее смотрели — на нее, ошибку их жизни. Кстати, этот факт вовсе не служит оправданием ее слабоволия. Плохому танцору ноги мешают. — В общем, не важно, — закончила она.

Джейк еще крепче прижал ее к себе:

— Думаю, важно. Иначе ты не пряталась бы так от мира. Говоришь, родители?

— Они всегда хотели как лучше. Заботились о моем же благополучии.