Некоторые не попадут в ад

)

Батя рассказывал, смеясь: «Мне жена сегодня с утра говорит: иди, выпей, забудь про все дела. Посиди с друзьями, отдохни как следует. Чтоб не видела тебя до полуночи».

Он сам приготовил плов: когда я приехал, ароматный чан уже дымился.

Привезли обученную девушку с кальяном.

Разлили мы, как обычно, на двоих — но вдруг Саша Казак, впервые на моей памяти, взял и махнул целую рюмочку.

Я проследил глазами происходящее: о как.

— Что-то случилось? — спросил негромко.

— Сейчас Батя расскажет.

Батя как раз накладывал нам плов.

Ему очень хотелось, чтобы плов понравился, он несколько раз спросил: как, не переварен, не переперчён, овощи хороши?

Батя отлично готовил. Ему нравилось жить, готовить, стрелять, побеждать, смеяться, пить водку.

Мы быстро выпили первую бутылку, оставшись трезвыми, нам принесли вторую, холодную.

Пока ели плов, уполовинили и её.

Точно помню: Батя говорил ласковый тост за жён, — он что-то рассказал про свою, забавное, — я тоже ответил личной историей; он заливался, довольный, — чокались, стоя, пили до дна.

«Кто мы без них? — повторил Захарченко. — Кто бы нас ещё терпел».

Установили кальян. Я никогда в жизни не пробовал курить кальян, и не очень хотел. Батя всё приставал к Сашке Казаку: «Ну, попробуй, ну, попробуй!» — тот тоже отказывался, но поддался на уговоры, затянулся; потом и я — все с одного мундштука, вроде как побратались.

Батя хохотал: «Ну как? Как?» — ему хотелось, чтоб всем нравилось, чтоб все ликовали.

У всех был праздник.

Сначала шумели. Потом тихо смотрели на воду.

Батя вспомнил: на том берегу ведь стояли в своё время ВСУ. Как забирали позиции: ночью, он даже время назвал точное — в 4:30, на лодках, беззвучно, поплыли на тот берег, — там всё проспали, заметили гостей только метрах в трёх от берега, — бах! пах! тара-бах! — нашего несчастного неприятеля перерезали, выдавили, выбили.

— Мы, — говорю, — за Сосновкой озеро нашли, с той стороны их офицеры рыбку выплывают на лодочке половить. С нашего берега — верней, с нейтральной зоны — можно их накрыть, расстояние позволяет…

— Ну? — сразу заинтересовался Батя.

— Целый день на пузе пролежали впустую. Как чуют. Не приезжают.

— Надо, надо, дожидайтесь, — оживился Батя. — Мало им рыбы в Днепре, так что нечего. У нас раки голодные, еле ползают. Ещё раз сходите. Что за озеро?

Я назвал, он кивнул.

Наконец, настало время серьёзного разговора.

— Короче, Захар, ты был прав, — сказал Батя. — Москва начала давить. Требование: убрать Ташкента и все его дела передать.