Некоторые не попадут в ад

Кубань не обижался никогда, ласково улыбался: «Ох, Граф, ох, Граф, суровый ты человек — немец!»

С малого расстояния — некогда было отбегать — Кубань засадил, будучи в разведке, из гранатомёта в украинский БТР, всех убил; через неделю ему опять представился подобный случай, и ещё один БТР, и он снова сделал выстрел в упор — метров с двадцати, не больше; в итоге у него лопнули ушные перепонки, и теперь Кубань в ушах всегда носил ватку.

Какое-то время, в самом начале войны, он даже был комбатом, — и, по рассказам, батальон его без молитвы и без причастия на боевые не выдвигался.

Как затеем обстрел, или какое ещё дело, ведущее к смертоубийству, — Кубань меня зовёт: пойдём молитву вместе прочитаем. Говорю: Кубань, я один молюсь. (Врал, мало молился. Надо было больше.)

…В это утро мы сразу поехали на Сосновку — в машине имелся запас б/к, мой броник, шлем, — чего ждать-то.

По дороге к Сосновке, в какой-то деревне, заехал в продмаг, накупил пацанам колбасы и сигарет, «сладенькой водички» для Кубани — местной палёной «колы» (других слабостей у него не было: он не употреблял спиртного совсем и не курил, а если дымили при нём — нарочито обмахивался).

На Сосновке пообщался с весёлым Домовым, тот сразу разложил карты, полюбовались. Наш несчастный неприятель был от нас совсем близко, здесь было где порезвиться, пространство для, как это называется, манёвра имелось: надо было только примериться.

Я посмотрел, кто где расселился, нашёл себе пустующий домик посимпатичней, сказал ротному, Доку: здесь буду жить, никого не запускай.

— Пусть взводный сопроводит меня на позиции, — попросил.

Из кривого домика вылез заспанный взводный: «Ага, я щас, тащ майор». Через пять минут выбежал уже готовый.

Я тоже тем временем приоделся во всё положенное человеку, берегущему свои дни на земле.

Взводный и ещё один боец уселись к нам на задние сиденья.

— Можно поближе подъехать? — спросил я.

— Можно, куда кухня подъезжает, — сказал взводный, подумав и словно в чём-то сомневаясь, — там посадка: машину не видно. Оттуда приходится чаны на руках тащить…

Дорога к посадке состояла из ухабов.

Я выключил музыку и опустил стёкла: на случай прилёта, который можно услышать, и заблаговременно покинуть автомобиль.