Демоновы сливки, ради которых и брала молочник. Причем дважды забыла!
Глава 10
Я вышла из вагончика, точнее было бы сказать – выползла, словно улитка, тащащая на себе непомерно тяжелую раковину. Только та была не на спине, а спереди, и цеплялась я за нее обеими руками. Увы, левитационные чары приказали долго жить, и, чтобы не следовать мне их примеру, а сотворить новые, не было ни сил (в основном магических), ни пространства (уже сугубо физического). Толчея не давала толком даже остановиться.
Попыталась сдуть со взмокшего лба прилипшую прядь, но эта зараза лишь слегка колыхнулась, даже не подумав отодвинуться.
Мир по-прежнему был рассечен для меня темной, чуть вьющейся чертой. К тому же локон покачивался при каждом моем движении, постоянно задевая кончик носа. Нестерпимо захотелось почесать его, и я не стала отказывать себе в этом маленьком удовольствии – провела лицом по плечу.
Потом снова резко подула – и на этот раз непослушные волосы отодвинулись. И ради чего?! Ради того, чтобы я едва нос к носу (ну хорошо, нос к груди) не столкнулась с Вирсентом, который куда-то спешил по улице.
М-да, чтобы так встретиться, да еще в толпе, – это нужно умудриться. Но, как говорится, «Удача – мое второе имя». Первое, правда, «не». Так что ничего удивительного. Если только один брюнет ей в этот раз не подыграл. Хотя с чего бы? Он меня и так… завербовал. Так что теперь зачем особо стараться, подгадывая момент. Поэтому, скорее всего, просто случайность. Причем весьма наглая. Прямо как во сне.
При воспоминании о последнем я непроизвольно сглотнула и попыталась сделать шаг назад.
Но кто бы мне это дал сделать нормально? Уж точно не обстоятельства в лице (и спине!) прохожих, которые так и норовили толкнуть меж лопаток, спеша куда-то по своим делам.
Хорошо бы, если бы и Вирсент вспомнил о них, но брюнет почему-то не спешил поздороваться и продолжить путь, как подобало бы приличному соседу или неприличному, но не желавшему вызвать подозрения агенту.
Вместо этого он застыл, словно фонарный столб, пристально наблюдая за мной.
Я почти физически ощутила его взгляд: тот будто ощупывал меня, изучал каждый дюйм, словно я могла прятать в складках платья как минимум метательные кинжалы, как максимум – похищенного императорского советника.
Досмотр застопорился, когда Вирсент увидел содержимое моей корзины.
– Как твоя рука? – сухо поинтересовался подсадной сосед.
Ну не гад ли? Пока он не напомнил, запястье почти не ныло, а теперь его пронзила резкая боль.
