Проворочавшись без сна добрых два часа, я включила ночник и снова открыла учебник. К счастью, внушительный барьер из двух дубовых дверей не позволял ни одному звуку долететь до моих ушей. А судя по увиденному прошлой ночью, женщины в постели с Алексом Мерфи вряд ли могли оставаться тихими.
Когда настольные часы показали половину первого ночи, из коридора послышался скрип открывающейся двери. К счастью, на этот раз обошлось без всхлипываний.
— Ты мне позвонишь? — с надеждой спросил женский голос.
— Я бы на это не рассчитывал, милая.
— Но... почему? Нам было хорошо... И я совсем не против, если ты будешь называть меня её именем.
— Доброй ночи. Такси тебя ждёт.
Когда шаги на лестнице стихли, я захлопнула книгу и со вздохом отвернулась к окну, через задёрнутые шторы которого пробивался тонкий луч лунного света. Почему девушка позволяла называть себя чужим именем? Это так... унизительно. Хотя, возможно, она и Алекс использовали друг друга лишь для наслаждения, и ей было всё равно. Но тогда почему она хотела, чтобы он ей позвонил? Какая я всё-таки маленькая и глупая.
Жаклин права — я ничего не смыслю в мужчинах.
На следующий день университетская парковка встретила меня оживлённым гулом. Компании студентов, стоящие вокруг автомобилей, что-то активно обсуждали и возбуждённо жестикулировали. Махнув на прощание Эйбу, я подошла к стоящим неподалёку Элисон и Жаклин и поинтересовалась:
— Извращенец с последнего курса снова бегал голым по кампусу? О чём все болтают?
Подведённые глаза Жаклин горели огнём.
— Кайла Фергюссона вчера избили. Прямо рядом с его домом. Кажется, очень серьёзно, потому что он до сих пор в реанимации.
Я нахмурилась.
— Тот, что из команды по лакроссу?
— Он самый, — кивнула Элисон. — Он ещё писал о тебе в фейсбуке. Редкостный мудак, но всё равно жалко. Парень учился на полную стипендию, а теперь о спортивной карьере ему, скорее всего, придётся забыть. Говорят, что у него сломаны обе ноги.
— Зато другим будет наука, — фыркнула Жаклин, вытаскивая из сумки карманное зеркало.
— Кайл не слишком-то следил за языком и нажил себе кучу врагов. Помните паренька-гота с вашего факультета? Фергюссон так издевался над ним, что, в конце концов, бедняга перевёлся в другой университет, не проучившись здесь и месяца.
Конечно, Кайл был далеко не самым приятным типом: не блещущий интеллектом спортсмен, упивающийся превосходством своей мышечной массы над слабыми, мнил себя альфа-самцом и не имел ни малейшего представления о такте и воспитании.
