Тёмный взгляд, смотрящий на меня, казалось, заглядывал в душу.
— Говори.
— Не называй меня чужим именем. Я слышала, как об этом говорила одна из твоих девушек.
Лицо Алекса пересекла кривая усмешка.
— Сегодня этого не потребуется.
Эти слова потонули в моём крике, потому что в этот момент Алекс одним резким движением вошёл в меня. Внутренности обожгла мучительная боль, по щекам потекли слёзы. Ни на секунду не отводя взгляда, он вышел и снова толкнулся внутрь. Его член растягивал меня с каждым движением, внутренности горели и ныли.
— Не сдерживайся, Тина. Кричи. Хочу, чтобы ты кричала.
Движения внутри меня стали настойчивее, сдерживать стоны боли стало невозможно. Обезумев от острых ощущений, я царапала широкую спину, выла и охала.
Ладони Алекса обхватили моё заплаканное лицо.
— Завтра ты поедешь к врачу. Сделаешь укол. Я не хочу пользоваться с тобой резинкой. Поняла?
Я едва смогла кивнуть.
— Хорошая девочка. Теперь открой рот.
Едва мои губы приоткрылись, в рот потекла его слюна.
— Глотай, Тина.
Я сглотнула. Почему-то это странное действие показалось мне дико возбуждающим. Его вкус у меня во рту. Опьяняющий, мужской, сексуальный.
Лицо Алекса приблизилось ко мне настолько, что его губы касались моих.
— Ты моя, поняла? С этого дня никто тебя больше не коснётся. Каждая часть твоего тела теперь моя.
Внутри меня поднялась какая-то сумасшедшая эйфория. Я наслаждалась каждым произнесённым им словом. Я хотела, чтобы он обладал мной. Что бы он под этим ни подразумевал.
Толчки внутри меня стали сильнее, но мой крик потонул в обрушившемся на меня поцелуе. Это было незабываемо: член, рвущий меня на части, и язык, изучающий мой рот.
Оттянув мою губу, Алекс шепнул:
— Тебе ещё больно?
— Лучше, — я слизала металлический вкус с губ, — я ничего не жду от первого раза.
— Зря, Тина. Ты кончишь. Со мной ты всегда будешь кончать. — И никогда не вздумай притворяться.
Немного отстранившись, он прижался большим пальцем к клитору, ни на секунду не прекращая движений бёдрами.
Хотя Алекс говорил, что не будет нежным, я знала, что он сдерживается. Я видела, с какой яростью он трахал Кони. Его пальцы ласкали меня так умело, как никогда не получалось у меня самой. Несмотря на жжение, знакомое напряжение внутри нарастало, становясь пронзительнее с каждой секундой.
— Алекс... сейчас...
— Кричи, Тина, — раздалось требовательное рычание. — Кричи громче.
Через пару секунд спальня наполнилась моими криками и мольбами.
