Нелюди Великой реки. Полуэльф

По-моему, зуб мне выбили, и крови во рту довольно, и больно, и в башке звон, да и хруст какой-то подозрительный был…

Не успели мы подбежать к калитке монастыря, как услышали выстрелы. Стреляли в нас, по заревевшему и вставшему на задние лапы медведю и по монастырю из самозарядок, а в монастыре были только две двустволки да старенькая трехлинейка. Хорошо хоть не попали, да и из-за частокола в ответ послышались два выстрела из «мосинки». Закрыв калитку, мы бросились бежать к храму — и тотчас упали на землю, исключительно на всякий случай.

Треск ручного пулемета с одиночным выстрелом не спутаешь! Хорошо, что частокол усилен земляным валом: не всякая пуля пробьет. Подбежали на четвереньках к двери храма, юркнули внутрь.

— Чего медленно так бежал? — задыхаясь, спросил Паисий и размашисто перекрестился на темный иконостас, в котором окнами в светлое будущее желтел «новодел» — новые, недавно написанные иконы христианских святых. — Крутость свою хотел показать?

— Я пока бежал, зуб придерживал… — объяснил я, тоже задыхаясь, — отвлекало…

По бревнам небольшой церкви как будто стучали молотком.

Это из пулемета нас поливают, не жалея патронов. Под прикрытием пулемета и на штурм можно решиться!

— Как придерживал, руками? И зачем? — заинтересовался монах, прикидывая — можно выглянуть из узкого окна-бойницы или лучше подождать…

— Мне зуб выбили, но не до конца. Пока бежал, он во рту болтался, ужасно неудобно… Пришлось языком придерживать… А в руках у меня винтовка была: жить-то хочется…

Положение наше аховое.

Мы заперты в срубе, который «храм». Бревна толстенные, крепкие, гнили нет. Это хорошо! Дверца через частокол и вход в храм на одной линии, — а это плохо! Кто так строит? Хоть какой-нибудь захаб — и нападавшим пришлось бы туго. Саша на колокольне что-то делал — у него там прекрасный вид, там же и винтовка монастырская Должна лежать, да и гранаты мои именно Саша прибрал — я видел! Только он не торопится открывать огонь, потому что сам под плотным обстрелом. Хорошо хоть дал пару выстрелов, отвлек от нас стрелков, пока мы внутрь частокола запрыгивали. Вырваться без потерь — вероятность в ноль процентов. Заперты и заблокированы. А не забежать сюда нельзя было — смели бы из пулемета, как метлой. Здесь хоть стены толстые, из винтовки да пулемета не прострелишь.

Взрыв прозвучал оглушительно и как раз со стороны дверки. Понятно: там земляного вала нет, слабое место. А где тонко, там и рвется.