Нелюди Великой реки. Полуэльф

Мне повезло дважды: я первой же пулей попал в бандита, который оказался не лыком шит и, воспользовавшись тем, что мы укрылись в своем «окопе», совершил рывок вперед, попутно разряжая в стойку обойму — для острастки. Вторым моим везением можно назвать то, что предшествущие два мои выстрела были более чем удачны: Синеволосый лежал у стены, окрасившейся красным, а у первого бандита вместо лица оказалось кровавое месиво.

По «магсарам» плыл тяжелый запах пороха и свежей крови, заглушающий сами «ароматы».

Закончен бой, смываться надо! Подобрав гранату — сбившую с толку моего противника, не сбившую — не суть важно теперь, — я пошел было к выходу, но, сделав пару шагов, резко развернулся и направился обратно к стойке. Надо поставить точку. Едва поднявшаяся на ноги колдунья-«магсарка» взвыла белугой. Как бы мои «челноки» от выхода к стойке и наоборот, от стойки к выходу, не лишили ее последних остатков и без того невеликого умишка.

Не обращая внимания на воющую бабу, я подошел к пришлой-клиентке, сидящей на попе и зажимающей руками уши, галантно подал ей руку, помогая подняться. Она уцепилась за меня, встала неожиданно гибким и сильным движением, а потом я рванул ее к себе и смачно поцеловал в губы. Вот так! Если бы я этого не сделал, она бы меня никогда не простила. Я таких знаю…

Пощечина, и неслабая!

— Ты! Ты! Меня использовал! Почему ты меня использовал???

— Тебе ничто не угрожало, радость моя, — процедил я. Вот скотство: «недовыбитый» зуб задела! Или это от поцелуя? Рот немедленно наполнился кровью, зуб разболелся, да так, что «стреляло» в глаза, в брови и даже в лоб. — Не бойся, я тебя разыщу!

Соврав самым банальным образом, я чуть ли не бегом выскочил из притона, улавливая за спиной отзвуки наиглупейшего разговора:

— Кто ж теперь моей «крышей» будет?.

.

— Все мужики — козлы! Но этот хоть целуется хорошо…

Пробежав, что называется, трусцой пару кварталов, я понял, что еще немного — и кони двину: на ноги как по пудовой гире надели. И мешок на спину навесили.