Думай об Айле!
Мысли не помогают. Помогают приспешницы Томаль, которые бьют меня под колено, и я тут же падаю на пол. Хочу закричать, но стискиваю зубы и сжимаю кулаки.
Как же противно. Как больно.
– Скрепим клятвой, – предлагает Томаль, суя мне под нос желтоватый лист бумаги.
С трудом отрываю руку от холодного каменного пола. Пальцы дрожат, не слушаются, но я тянусь, чтобы взять лист и взглянуть на то, что меня ждет. Почти касаюсь бумаги, как она вспыхивает ярким пламенем.
– Ай! – вопит драконша, роняя горящую бумагу на пол, и тут же бросает взгляд в толпу в поисках того, кто это сделал.
Застывает, напоровшись на убийственный взгляд разъяренного дракона в дверях оранжереи.
– Арон? – нервно выпаливает она, явно, стыдясь этого шоу. Хочет что-то сказать, но дракон одним взглядом велит ей заткнуться, при том навечно.
Тяжелый режущий взгляд Эшера медленно переходит ко мне и становится еще холоднее.
– Что тут происходит? – раздается голос.
Хочу раствориться, хочу исчезнуть, чтобы профессор Салас не увидел меня такой жалкой и убогой, но он уже здесь.
Идет прямо ко мне, подрезая Арона. Берет меня за плечи и поднимает с колен.
– Адептка Томаль Сота, – в его голосе звенит сталь. – Немедленно в кабинет ректора!
– Профессор Салас, при всем уважении, я…
– Сейчас же! – отсекает он, и драконша тут же прикусывает язык.
– А вы чего смотрите? Бегом на занятия! – рычит Рик, и адепты смущенно опускают глаза и медленно начинают расползаться.
– Айла, ты можешь идти? – тянусь я к подруге, но она отстраняется от меня, как от огня.
– Вы обе, идите за мной, – просит профессор.
Смотрю на подругу, которая почему-то делает вид, что не знает меня. Она следует за ним первой, а после и я делаю шаг и тут же хромаю. Под коленом, куда ударили, раздается острая боль.
– Тише. Не шевелись, – велит Рик и подхватывает меня на руки.
Боль моментом уходит на второй план, уступая место смущению, что волнами проходит по телу с головы до пят. К большему стыду замечаю, что далеко не все адепты разошлись и многие из них оторопели, увидев, как профессор взял меня на руки.
Даже Томаль и… Арон.
От его пристального, пронзающего взгляда все внутри сжимается. Боги! Что с его зрачками? Они вертикальные! Он же не обратится сейчас?
Глава 17. Поцелуй
– Пусть лекарь тебя осмотрит, а потом зайди ко мне, – говорит мне Рик. Заботливо и непривычно ласково, будто я ребенок, с которым нужно говорить исключительно осторожно.
– Хорошо, – киваю, а сама высматриваю Айлу в дверях.
