Нелюбимая для властного лорда

Окрестные лорды готовы были глотки рвать за возможность его осваивать, и я в том числе. Дни и ночи там, среди гор, холода и льда. Каждый из нас собирал рабочую группу, разрабатывал свой проект. И пристально следил друг за другом, чтобы никто пальцем не тронул то, что в душе каждый из нас уже присвоил.

Моя нога затекла, но я боюсь даже пошевелиться, боюсь разрушить этот внезапный момент откровения с его стороны.

Лэйтон задумчиво смотрит перед собой. Его брови нахмурены, возле плотно сомкнутых губ недовольная складка.

Гладкая грудь в вырезе белоснежной рубашки нервно вздымается. Мыслями он в далеком прошлом:

– В тот день к нам прибыла императорская комиссия, чтобы решить, кому отойдут спорные земли и кто займётся месторождением. Всё, к чему я шёл последние месяцы, должно было решиться одним днём, – замолкает и добавляет хрипло. – Я просто не мог уехать.

– Конечно, – повторяю за ним словно эхо.

– И я не уехал. Даже когда прискакал мальчишка лакей из поместья. У Тесеи начались роды. Я не поверил сначала: слишком рано, раньше срока на месяц.

Решил, что жена что-то напутала, и остался с людьми императора. Не зря, – усмехается горько, – месторождение отдали мне. Но какой ценой. Как я потом узнаю, дома не оказалось никого, кроме прислуги. Целитель накануне отбыл в столицу по делам. Послали за повитухой в деревню. Не сразу её нашли. Когда доставили, было уже поздно. Сына спасли, жену нет.

– Ох, Лэйтон, мне так жаль, – вздыхаю, прислонив ладонь ко рту.

– Иногда я думаю: вернись я тогда домой, всё могло быть иначе.

Я бы догадался послать за целителем из соседних земель, быстрее разыскал бы повитуху. Да много там было странного, что я мог бы исправить. Но… – обречённо взмахивает рукой, – вышло как вышло. Как ты понимаешь, добрые люди не забыли рассказать Кристиану, когда тот подрос, что его отец променял жизнь матери на проклятый ларит."

"– Но это несправедливо! – шепчу возмущённо. – Так вышло! Значит, Стихиям так было угодно! От тебя ничего не зависело! Ты сделал, что мог!

– Нет, Элира, в том-то и дело, что нет, – горько усмехается Лэйтон.

– В тот раз нет.

Чувствую, что мы подбираемся к той самой тебе, в которой и кроется корень всех проблем.

Первый брак Лэйтона оказался трагичным, но не он оставил в его душе незаживающую рану. И не та женщина.

Тянусь к чашечке с верисом. Делаю глоток тёплого синего напитка. Язык обволакивает фруктовой сладостью. Зажмурившись, вдыхаю цветочный аромат родной страны и детства.

Собираюсь с мыслями.