Порывистыми движениями натягиваю свою одежду, кое-как вешаю костюм в шкаф, беру свою сумку и, подойдя к двери, прикладываюсь к ней ухом, чтобы понять, ушла эта дамочка или нет. Я лучше пережду этот момент в безопасности своего кабинета, чем снова столкнусь с ней. Кажется, тишина.
Выхожу в коридор, прощаюсь с Сергеем и коллегами, и иду на улицу ждать Рому. Погода сегодня просто отличная, так что скоротаю это время снаружи. В салоне мне почему-то теперь очень душно. Это все влияние этой Лены, будь она неладна.
Так, надо дышать, и поглубже, чтобы успокоиться к приезду Ромы. И, как только мое дыхание выравнивается, на парковку въезжает знакомая машина. Все, можно успокоиться и не думать ни о чем, через минуту я буду в безопасности. Но тут, словно из ниоткуда, вылетает эта Лена и буквально бросается под колеса Роминой машины. Визг тормозов, мой вскрик, резонирующий с ее, и у меня начинает кружиться голова. Вот тебе и успокоилась.
ГЛАВА 29
Тамила
Я бегу на место происшествия, глядя на Лену, лежащую на дороге.
Понимаю ведь, что она все это подстроила и вряд ли бы позволила себе, драгоценной, умереть вот так нелепо. Но чувство ужаса от происходящего никак не покидает меня. Она ведь не могла знать, с какой скоростью будет ехать машина, вряд ли рассчитала траекторию столкновения. Лена, конечно, дама коварная и дурная, но даже ей не под силу повлиять на некоторые факторы. У меня снова начинает тянуть живот, но я стараюсь не обращать на это внимания, потому что испуг сейчас перекрывает любые другие чувства.
Рома подбегает к Лене одновременно со мной. Падает перед ней на колени и легонько трясет за плечи.
– Лена! – зовет он срывающимся голосом. – Леночка, ну же, детка, открой глаза. – В его голосе паника и ужас, я слышу каждую интонацию, от которой меня колотит еще сильнее. – Вызови скорую! – рявкает он мне в лицо таким тоном, словно это я ее сбила. И не просто сбила, а как будто намеренно переехала любовь всей его жизни просто чтобы отомстить за что-то. – Тами, не тупи! Вызывай скорую!
Дрожащей рукой я достаю телефон и набираю скорую.
Пытаюсь объяснить, что произошло, но у меня плохо выходит, я мямлю, язык словно деревянный. Рома выхватывает у меня из рук трубку и сам заканчивает беседу с ними. Возвращает телефон, склоняется к Лене и трясущимися пальцами убирает волосы с ее лица, а я с ужасом наблюдаю за его действиями. И этот ужас порожден вовсе не тем, что произошло, а тем, как Ромино лицо перекосило от боли.
