Нелюбимая

Совершенно невозможного оттенка зеленые глаза внимательно изучают меня из-под хмурых бровей.

– Ты кто такой? – спрашивает она на английском, деликатно прикрывая рот простыней.

– А ты? – задаю вопрос, забыв перейти на универсальный язык.

– О, русский, – выдыхает она на родном языке.

– Я мог бы и догадаться, – говорю со смехом.

– О чем ты?

– Так бесстрашно себя ведут, наверное, только наши женщины.

– Пояснишь? – она хмурится еще сильнее и понемногу отползает по кровати, во взгляде появляется испуг. Ну наконец-то инстинкт самосохранения включился.

– Уснуть пьяной у бассейна в чужом бунгало – это у тебя нормальная практика? – спрашиваю, перекатываясь на спину и зевая.

– Вообще-то я была не голая. – Она резко тянет за простынь, осматривает свои прелести и возвращает на меня испуганный взгляд. – Мы же не…

Я начинаю смеяться.

– Эти слова уже можно считать классикой. Мы «не», – отвечаю твердо и встаю с кровати.

Подхватываю из мини-бара бутылку воды, раздвигаю шторы и выпиваю ее залпом, любуясь на закат.

– Давно проснулась?

– Давно.

– Почему не сбежала?

Перевожу на девушку взгляд. Она садится на кровати и, откинув волосы за спину, трет лицо.

– Не знаю даже.

– Как зовут?

– Тамила, – хрипло отвечает она.

Вообще у девушки голос, похоже, с хрипотцой, но сейчас, пока она с похмелья, сложно определить.

– Я – Роман.

– Очень приятно.

– Да уж, – с улыбкой отвечаю я, а потом подхватываю со столика ее обед и подаю ей в руки. – Поешь.

– Давно тут стоит?

– Пару часов. Но в бунгало работает кондиционер, так что за это время не должно было испортиться.

– Спасибо, – отвечает она, отставляя тарелку, накрытую клошем, на прикроватный столик и, завернувшись в простыню встает. – Где мои вещи?

Я киваю на кресло, на котором висит ее платье, а рядом с ним стоят туфли. Путаясь в простыне, Тамила подходит к креслу, подхватывает свои вещи и останавливается.

– Я могу воспользоваться ванной?

– Конечно, – я машу рукой в направлении нужной комнаты, и она скрывается за дверью."

"Поворачиваюсь со вздохом к окну и снова наблюдаю, как заходит солнце.

Скоро нужно будет идти в ресторан на ужин, но у меня что-то совсем пропал аппетит. Так происходит последние несколько дней: еда пресная, пиво безвкусное. Нет никакого желания даже надраться как следует. И потом, по примеру Тамилы, уснуть у бассейна чьего-нибудь бунгало. Нет, все мои мысли – полный хаос, в котором постоянно мелькает лицо женщины. Наваждения, которое преследует меня много лет, и никак не отпускает.