Не желая будить мужа, — кольцо же практически аннулирует развод — я тихо выбираюсь из кровати и захожу в ванную. Потом спускаюсь и в столовой застаю Флору с детьми.
— Как съездили?
— Как провели время?
Мы задаем вопросы одновременно и Флора смеется. Выглядит на редкость довольной.
— Дети надышались свежим воздухом и нагуляли зверский аппетит.
Действительно, Ганс загорел и вернул здоровый румянец.
— Стойку привезли? — усаживаюсь за стол и высматриваю, что приготовила нам миссис Милл на завтрак. Вареные яйца, тосты, блинчики с малиновым вареньем.
.. мм.
— Да, Патрик оттащил ее в гараж.
— Флора, ты сияешь. В деревне встречались интересные люди?
Спрашиваю наугад и попадаю в цель, Флора смущается, но делиться пока не готова.
— А мы еще горшочки раскрашивали, — рассказывает Лави.
— А дедушка поел овсянку и отправился на прогулку, — тихим голосом сообщает Ганс — он не такой смелый, как Лавиния.
— Ох, а ты не любишь овсянку? — Ганс морщится и я перевожу тему разговора. — Я привезла пледы. Десять оттенков для номеров люкс, как договаривались.
После завтрака мы с Флорой ныряем в гараж, прихватив с собой новые подсвечники.
— Это сказка, — шепчет мой дизайнер. Она даже громко говорить боится вблизи такой дорогущей красоты. — Боги, это какая-то нереальная сказка. Они нам автоматически прибавят целую корону.
— Серьезно? — я радуюсь и ставлю подсвечники то так, то этак. — Может, лучше на камин?
Флора хватает каталог и энергично листает его.
— Смотрите, занавески в тон, — берет с капота автомобиля второй каталог, — и вазы.
О, да. Вазы, выбранные Флорой идеально подходят. Мы методично подбираем плафоны, шпалеры, обивку для мебели. Интерьер холла выстраивается вокруг подсвечников.
Увлекательное занятие прерывает миссис Милл, которая сообщает, что генерал просил позвать меня.
— Он ждет вас в кабинете.
Вспоминается «мама» и сразу портится настроение. Отчего-то кажется, что это дело не раскроется так легко. И еще я переживаю, что в сомнительной и преступной истории замешана Инес Фьерд.
Обидно было бы в ней разочароваться.
Вчера я просмотрела снимки отца Анны и уловила явное сходство. Мягкие карие глаза, форма носа, овал лица. И ни одной фотографии с женой.
И кем на самом деле была мать Анны? Или она плод внебрачной любви? Сплошные тайны.
Я поднимаюсь на второй этаж и захожу в кабинет. Рэм сидит за моим столом и я улыбаюсь, остановившись в дверном проеме.
— Есть новости об этой женщине? — спрашиваю слегка кривясь.
— Она не признается.
