Мирослав хмурился, задумчиво, но молчал. Решил уже, вроде жестко, по-мужски, да как-то не в ту сторону. Ничего, все приходит с опытом — и отцовские навыки.
— Ну, пока, — попыталась закрыть дверь.
— Яна, так хочется пить, аж переночевать негде.
— Снега поешь, — дернула ручку.
— Ну а сына хоть можно поцеловать? Я соскучился.
Да блин!
— Рома спит давно! — Это запрещенный прием!
— Знаю. Я просто поцелую его. — Мне пришлось отойти от двери. Отец ведь.
Мирослав поставил чемодан, снял пальто и разулся.
Весь в черном, только волосы русые и глаза светлые. Демонстративно зашел в гостевую уборную и тщательно вымыл руки — терпение мое испытывал, что ли?!
Отправился в детскую максимально бесшумно. Я за ним. Рома спал на боку, смешно открыв ротик. Такой умилительный малыш во сне. Мирослав обернулся и улыбнулся мне так, как было прежде: если приходил поздно, то всегда целовал детей, а я рядом стояла. Такая маленькая традиция.
Но закончилась она не с разводом, а когда Мир начал целовать их по очереди в разных домах, ну и маму дочери в том числе.
— Хороший у нас сын, — шепнул мне. Я холодно кивнула. Момент был испорчен. Возможно, настанет время, когда буду вспоминать только хорошее, но не сегодня.
Я первая вышла из комнаты и остановилась, загораживая проход в гостиную. У меня там «накрыто» к томному вечеру, и свидетели мне ни к чему!
Мирослав остановился напротив так близко, что мне пришлось углубиться в комнату.
Он подпер дверной косяк и смотрел на меня с грустью.
— Ты вообще не скучаешь, Яна? — спросил неожиданно. — Не переживаешь? Не думаешь о нас?
Я тихо рассмеялась. Правильно: ушла сама, без рыданий и истерик, вернуть не просила, на шею не вешалась и пороги не обивала.
— А что ты хотел увидеть? Меня в пучине отчаяния? Чтобы целовала тебе ноги и просила не бросать? Такой расклад устроил бы тебя?
— Нет, конечно.
Я не об этом. Просто, — отвел глаза, — мне сложно. Я скучаю, Яна. Мне тяжело приходить в дом, где нет тебя.
— А когда ты возвращался в этот же дом, и там не было ее, тоже страдал? — не сдержала укола.
— Лики в этом доме практически не было. Он никогда не был ее.
— Я не хочу…
— И я не хочу о ней, — обошел меня. — Замерз я. Давай чаю попьем."
"— А давай ты уже уйдешь? У меня вообще-то планы были, — пыталась опередить его.
