— Я улетаю через две недели, — минутой позже произносит Титов. – Хочу, чтобы ты понимала – все мои предложения в силе, Майя."
"— Окей, — опускаю взгляд.
— Не беспокойся о билетах, деньгах или о том, где будешь жить. Я всё организую. И не думай, что я делаю это за спиной у Яна – я сказал ему больше, чем стоило.
— Как и мне?
— Ты о вчерашнем?
Вова тушит окурок и подходит ближе. Я точно знаю, что все гости Чернова, включая Ромашину, поплыли кататься на лодках, но всё равно испытываю страх от мысли, что нас могут увидеть.
— Да. О вчерашнем, — кивает Титов, пытаясь посмотреть в мои глаза.
— Ты сказал… — я втягиваю ртом воздух и ненадолго замолкаю, – что снова влюбился.
Начиная судорожно мять подол юбки, понимаю, что зря ввязываюсь в этот разговор. Готова ли я услышать правду и принять её? Но времени на раздумья у меня нет – Вова начинает говорить, а я – краснеть ещё гуще с каждой секундой.
— Я понял, что по уши влюбился, когда тебе едва исполнилось четырнадцать.
Ты как-то резко повзрослела. Ноги от ушей, тонкая фигура и красивые тёмные волосы до пояса. В зелёных глазищах можно было утонуть. Я планировал подождать пока ты повзрослеешь, но столкнулся с тем, что по вашим религиозным и семейным ценностям, подобные мне, не имели ни единого шанса. До сих пор помню, как ты ушла в кино с одноклассником, а потом неделями не выходила из дому. Когда я увидел тебя в следующий раз то заметил на запястьях синяки. Тебя били?
Я ничего не отвечаю, но Титов и без меня знает, что это так.
Как и Каминский.
— Ян тоже неоднократно повторял и мне, и остальным своим друзьям, что к тебе лезть не стоит. В один прекрасный момент тебя выдадут замуж только за еврея. Так, впрочем, и вышло. Вы с Яном поженились. И для меня это, честно говоря, было шоком.
— Потому что он никогда меня не любил?
— Недавно видел статистику, что в Штатах только пятьдесят процентов пар заключает брак по любви.
— Мы не в Штатах.
— Не думаю, что есть разница, Пчёлка.
В целом, если позволишь, я не буду комментировать эту ситуацию.
Я молча киваю и зарываю пальцы ног в песок. Несмотря на жаркую погоду мне становится зябко.
— Раньше ты не мог себе позволить быть со мной, — проговариваю невнятно и негромко. — Что же изменилось сейчас?
Титов присаживается на корточки, касается ладонями моих коленей и приятно согревает их своим теплом.
— Сейчас изменилось всё. Я готов действовать, Майя.
Глава 32.
