Но, тем не менее, не даёт ударить в грязь лицом и с удовольствием поддерживает разговор.
Я залпом осушаю вино, смотрю на идеально-заправленную кровать и свожу вместе коленки. Тут же ловлю на них взгляд Титова. Он открыто рассматривает меня, не скрывая своего желания."
"Ян просил с кем угодно, но только не с ним. Не с его другом.
Кажется, у меня для него плохие новости.
— Вов, ты ведь знал, что у Каминского есть внебрачный ребёнок? — спрашиваю дрогнувшим голосом, выпив достаточно вина и чуточку охмелев.
— Только не ври, пожалуйста. Ян сейчас проводит время с ним?
Глава 37.
***
Может это глупость с моей стороны — выносить сор из избы и открывать перед Титовым душу, просто он единственный человек на планете, кто бы в курсе запланированного развода. И тот, кто видел нас с Яном без прикрас. Третьего в супружескую постель приглашают либо когда в отношениях всё супер, либо когда брак висит на волоске и терять больше нечего. Думаю, Титов давно понял, что мы с Каминским относимся к последней категории.
— Пчёлка, ты ставишь меня в очень непростое положение, — произносит Вова, упираясь локтями в колени.
Взгляд прямой, серьёзный. На губах застыла ухмылка.
Я перекатываю на языке капли вина и закидываю ногу на ногу, чувствуя неслабый интерес Титова, который волнами прокатывается по коже.
— Почему? — удивлённо вскидываю брови. — Очевидно, дружба больше не стоит для тебя на первом месте. Между другом и его женщиной — ты выбрал последнюю.
— Верно. Иначе бы мы не сидели здесь, — кивком головы подтверждает Вова.
— Так вот он, шанс. Можно прямо сейчас поделиться со мной самыми отвратительными подробностями о Каминском.
— Чтобы что?
Титов слегка усмехается. Трёт ладонями щёки. Он прекрасно понимает к чему я веду.
— Чтобы закопать Яна окончательно, — пожимаю плечами.
Я не отвожу взгляд и стараюсь казаться максимально невозмутимой. Внутри при этом адски печёт.
— Майя, ты прекрасно осведомлена о моих чувствах, но то, что я давно и бесповоротно в тебя влюблён, вовсе не означает, что я стану грязно играть, — твёрдо отвечает Вова.
— Ох уж эти пресловутые мужские принципы, — цокаю языком.
Титов подливает вино. Ведёт себя расслабленно и спокойно. Глаз от меня не отрывает. Одна только мысль, что меня никто и никогда не хотел так сильно, как он, кружит голову и сводит с ума.
— Защищать и оправдывать Яна я не собираюсь, — продолжает Титов. — Но и закапывать тоже. Он сделал это и без моей помощи.
