Немые вопли

Вернулись полицейские, и через несколько минут все направились в сторону поместья и дома господина Бигбая.

— У вас есть какие-нибудь соображения по этому поводу? — спросил инспектор у Эллен, когда они ехали в машине.

— Думаю, что есть, — ответила она. — Но сначала я должна осмотреть окрестности. Там была узкая тропинка…

— Вы полагаете, что Натаниель Гард пошел по ней?

— Он не ушел слишком далеко, хотя я в этом еще не уверена. В ходе этой… передачи мыслей на расстоянии, как это обычно называют, я поняла, что он заперт на водокачке.

— Водокачке? Какой водокачке? — удивился полицейский.

Дальше они ехали молча. От страха и нетерпения Эллен сидела как на иголках.

Дом господина Бигбая оказался в точности таким, как его описывал Натаниель, монстром, вторгнувшимся в деревенскую идиллию.

Булыжник оказался хорошим строительным материалом, но сам архитектурный замысел был просто безумным.

Автомобиль поехал медленнее.

— Эта тропинка? — спросил шофер.

Эллен выглянула в окно. Неподалеку находилась трансформаторная подстанция, окрашенная в желтый цвет.

— Да, эта, — ответила она.

Все вышли из машины и медленно направились вверх.

Трава была высокой и сочной, среди осин беспорядочно рос кустарник. Эллен остановилась.

— А вот и водокачка, — сказала она, сворачивая с тропинки. — Или нет!

— Господи! — произнес один из полицейских. Инспектор ничего не сказал, многозначительно посмотрев на Эллен.

Они подошли поближе, впереди шла Эллен. Полицейские неохотно шли следом.

Все каменное здание, за исключением одной стены, находилось под землей, вокруг была изгородь.

— Стоп! — сказал инспектор. — Я вижу следы ног на траве. Судя по всему, здесь было многолюдно в последнее время. Хотя за последние годы сюда мало кто заглядывал.

— Посмотри-ка сюда, — сказал другой полицейский, еще стоя за воротами. — Трава примята.

Все переглянулись, подумав об одном и том же животном."

"— Пойдем дальше? — с затаенной опаской спросил инспектор.

Эллен повернулась к входной двери. К ней вела пара заросших травой ступеней. На прочной двери висел огромный замок и была прибита металлическая пластинка с надписью.

Подавшись вперед и напрягая зрение, она прочитала надпись на сверкающей в солнечном свете латунной поверхности:

«Семейство Фрай. Усопшие в мире».