Онлайн-библиотека книг
— Прекрасно!
Эллен совершенно не хотелось есть, но она пошла с ними и заказала себе чашку чая.
Когда им принесли заказ, Натаниель нарушил, наконец, напряженное молчание.
— Рикард, — сказал он. — Эллен видела Линде-Лу! Он посетил ее, чтобы попросить помочь мне. Рикард долго молчал."
"— Линде-Лу? — недоверчиво произнес он. — Эллен видела его? И он говорил с ней?
— Да. Она говорит, что это красивый, но бедно одетый молодой человек.
— Но… Ведь только твоя мать Криста и ты могут…
— Вот именно!
— Простите за вопрос, — не без запальчивости произнесла Эллен.
— Скорее, нужно спросить у тебя: кто ты такая, Эллен?
— Перестань говорить загадками, — взмолилась она. — Я так устала от этого! Рикард вздохнул.
— Линде-Лу — это защитник Натаниеля.
— Да, он так и сказал. Но он примерно такого же возраста, что и Натаниель. А может быть, даже моложе.
— Но он несравненно старше! Линде-Лу умер около шестидесяти лет назад.
Кровь прилила к лицу Эллен.
— Нет! — решительно произнесла она. — Не может быть!
— Да! И только Криста и Натаниель могут видеть его. Однажды он попробовал показываться обычным людям, но они видели лишь нечто жуткое, они видели мертвого Линде-Лу. Это в самом деле было малоприятное зрелище. Но ты видела живого!
Со слезами на глазах она произнесла:
— Какой он замечательный человек! В его глазах — вся доброта мира!
— Да, Линде-Лу — это почти сама доброта, поэтому он очень важная фигура в борьбе с Тенгелем Злым.
— С кем?
— Я ничего не сказал, — пробормотал Натаниель. — Мы знаем друг друга очень короткое время…
«Всю жизнь…» — подумала Эллен. Она чувствовала себя совершенно растерянной и несчастной из-за этого разговора. Значит, она видела призрака?
— Линде-Лу — это не обычный призрак, — сказал Натаниель, словно она произнесла свой вопрос вслух. — Он тоже из рода Людей Льда, а этот род, как я уже тебе говорил, довольно странный. Было бы правильнее называть Линде-Лу духом.
Она была шокирована и сбита с толку, не зная, как себя вести: то ли поверить им на слово, то ли отнестись к этому скептически и даже протестовать.
И пока она решала, что ей делать, Натаниель произнес с угрожающим спокойствием:
— Думаю, теперь самое время рассказать о вашем семейном скандале, Эллен.
— Что-что? Ах, об этом… Но ведь это не имеет никакого отношения к…
— Рассказывай! Она отвернулась.
— Это так отвратительно, — сказала она.
