Какая же она с-с-собачка… женского пола!
Стоп, в каком смысле – вчера распорядилась? Адель не ночная кукушка, а экономка? Но почему тогда сидит за господским столом?
К сожалению, Соня ничего не знала о правилах, этикете и обычаях средних веков, но что-то ей подсказывало, что экономка не является членом семьи. И уж точно не может быть гостьей. Даже особой.
Экономка – это прислуга. Или нет?
Взгляд Сони невольно метнулся к герцогу.
Как оказалось, милорд суть речи уловил, и взгляд супруги понял правильно.
"
"– Леди Адель – вдова моего младшего брата. Ей было очень грустно и одиноко в опустевшем доме покойного супруга, поэтому три года назад я пригласил её в свой замок. А она была так любезна, что взяла на себя обязанности хозяйки. Адель – замечательная женщина, и если бы не… Ешьте, Сония! Силы вам ещё понадобятся!
И вернулся к трапезе.
А Софья призадумалась – герцог не договорил, но и без этого было понятно – если бы не «какое-то препятствие», то он женился бы на гурии, а не на тощем, ещё и, как выяснилось, бракованном цыплёнке Сонии.
И делать жену полновластной хозяйкой его светлость явно не собирается.
Другой вопрос, что ей, Соне, не нужен ни сам герцог, ни его замок, ни дневные и ночные обязанности, которые исполняет при нём черноволосая. Но даже если она расскажет об этом леди Адель, та вряд ли ей поверит. И будет бороться за место в постели и жизни герцога, пытаясь устранить это самое «какое-то препятствие».
И ведь устранит, ибо на её стороне не только знание местных обычаев и лазеек в законах, но и симпатия милорда.
Наверняка ещё и деньги – подкупить кого, заплатить за услугу.
Кажется, муж собирался Соню куда-то отослать? Поскорее бы! С такими вводными для неё любое место будет безопаснее, чем замок, на который имеет виды такая особа.
Софья отрешённо взяла ложку и не успела опомниться, как творог исчез за считанные секунды.
А есть хотелось по-прежнему.
Девушка с тоской покосилась на блюдо с недоеденной мужем птичкой – его светлость изволил скушать только одну ножку и переключился на другие кушанья.
Румяная корочка, сытный аромат… Лежит, такая понадкусанная… никому не нужная… Можно сказать, заброшенная…
Желудок жалобно заурчал, мысли Софьи перепрыгнули на тему еды: как специально под нос ей поставили.
Съесть или нет? Оторвать ножку, впиться зубами…
В конце концов, герцог и так о ней невысокого мнения, никакие демонстрации воспитания этого уже не исправят.
