Ненависть – плохой советчик

Утром он сдерживал себя, чтобы не превысить скорость по дороге на работу.

Арсений наклонился, включил компьютер.

– Привет! – заглянула к нему Ирина. – Бездельничаешь?

Ирина помялась, тяжело вздохнула, исчезла, закрыв дверь.

У нее руки не дрожали бы, если бы Кокорину пришло в голову ее уволить. Ирина усмехнулась бы директору в лицо или сказала бы что-нибудь такое, от чего всем стало бы ясно, что Егор дурак и самодур.

В отличие от девочки Олеси Ирина прекрасный специалист, цену себе знает и работу тут же найдет.

Но дело даже не в этом… У Ирины не задрожали бы руки, даже если бы она была простой секретаршей. Она не стала бы смотреть на Егора, как на барина, и он вел бы себя с ней по-другому.

Жаль, что не все умеют быть такими, как Ирина.

Он опять вспомнил, как дрожали тонкие пальцы. На среднем было дешевое серебряное колечко.

Арсений поводил мышкой, но написанный Иваном Яковлевичем текст открывать не стал. Протянул руку к лежащему на столе телефону, переписал снятое накануне видео в компьютер.

Фотография Егора в Сокольниках выглядела неплохо. А кадры, где Егор бросает в контейнер завернутый в сумку пистолет, а он, Арсений, потом достает и разворачивает сверток, смотрелись просто отлично.

До сегодняшнего утра он еще сомневался, что станет использовать эти кадры.

Больше сомнений не было.

Рада не ожидала, что тетя снова приедет. От неожиданного звонка в дверь ее опять обдало страхом.

Нужно получше контролировать себя при детях.

– Миленочка? – Отперев дверь, Рада посторонилась, пропуская родственницу.

Выглядела Милена ужасно. Даже утром у нее не было настолько серого лица и таких несчастных глаз.

– Врачи успокаивают.

– Ну и не рисуй себе страшных картин, – бодро откликнулась Рада. – Не впадай в панику. Мысли материальны, ты же сама всегда это утверждала.

Еще какой-то древний мудрец утверждал, что самое легкое и приятное занятие – это давать советы другим.

– Тетя Милена! – примчалась обрадованная Катя. – Пойдем играть!

– Попозже! – остановила дочь Рада. – Сначала тетя Милена отдохнет.

Обиженная девочка нехотя ушла к себе в комнату.

Рада, не спрашивая тетку, отправилась на кухню, разогрела борщ, с которым утром долго возилась, тушеное мясо, с которым возилась еще дольше.