Ненавижу любить тебя

У меня не осталось ничего: ни Вишенки, ни работы, ни Кира. Опустошённая, я сидела на кровати в квартире подруги, которой не нужны были лишние проблемы, и смотрела на лупоглазую собаку. Отличный итог! И как перелистнуть эту страницу?! Как начать заново?! Для полноты картины не хватало разве что очередного появления бывшего мужа.

Только я подумала об этом, по квартире пронёсся дверной звонок. Чих затявкал и ринулся в коридор. Я напряглась.

– Ты кого-нибудь ждёшь? – спросила у Дашки.

Подруга отрицательно мотнула головой и пошла открывать.

Я встала. Прислушалась к доносящимся из коридора голосам и совершенно растерялась. Не может быть…

Кирилл"

"Дверь мне открыла Каринкина подружка. Её и без того надутые губы, казалось, стали ещё больше.

– Иди погуляй, – сказал жёстко. – И это тоже забери, – показал на беснующееся собакоподобное существо под ногами.

– Мог бы быть и повежливее.

– Мог бы, – согласился я и вошёл, не дожидаясь Дашкиного приглашения.

Снял с вешалки первую попавшуюся куртку и всучил ей вместе с поводком.

Дашка глянула на меня весьма выразительно. Но больше ничего не сказала и, моментально обувшись, убралась.

Повернулся было к комнате, и мысли куда-то подевались. Карина стояла в дверях: босая, в бледно-сиреневой пижаме с медвежонком. Волосы собраны в косу, взгляд усталый и прямой. Смотрел на неё и не мог выдавить ни слова. Осёл! Сжал руку и опомнился.

– Держи. – Подошёл и протянул ей пингвина с розовым бантом.

Карина посмотрела на него, потом – вопросительно – на меня.

Я так и стоял с протянутой рукой, чувствуя себя совершенным кретином, что, в общем-то, было близко к истине.

– Я не нашёл ледяную девочку. – Посмотрел на пингвиниху. Уродина ещё та, конечно. Нахмурился. – Надо было принести тебе кошку.

– Зачем мне кошка? – спросила она тихо. В голосе слышались царапающие душу сдавленные нотки, выдающие слёзы.

– Ты же их коллекционируешь.

Она подняла взгляд. Большие карие глаза, окружённые чёрными ресницами.

В горле встал ком, таким был пронзительным её взгляд. В самое сердце, чёрт возьми, в самую душу.

– Тебя что, отпустили из больницы?

– Нет.

Она посмотрела с вопросом. Я мотнул головой. Всё это ерунда, всё потом. Снова протянул ей пингвиниху. На этот раз она всё-таки взяла её. Заметила прикреплённую к ленте бумажную трубочку и опять посмотрела вопросительно. Но ответить мне было нечего.

Карина

Игрушка была мягкая и тёплая от рук Кира.