Ненавижу любить тебя

– Если ты не хотел проблем, нужно было позаботиться о предохранении. Или тебя не учили пользоваться презервативами?! – прошипела я.

– Баба, которая прыгает в койку по первому щелчку пальцев, сама должна думать о предохранении, – так же спокойно отчеканил он. Ботинком подтолкнул ко мне смятую купюру. – Избавься от проблемы.

Придерживая пса, он пошёл к стоящему поодаль внедорожнику. В мою сторону больше не посмотрели ни тот, ни другой. Я догнала их. Схватила Кира за рукав пальто и развернула.

– Ты козёл, Сафронов!

– Не спорю, – презрительная усмешка.

Он разжал мои пальцы, посмотрел в глаза. На то место, где мы стояли недавно.

– Не решишь проблему сама, будем разговаривать иначе. – Потом нажал на брелок, и машина мигнула фарами.

Кир открыл дверь. Пёс забрался на заднее сиденье, а сам Сафронов сел за руль. И всё. Внедорожник исчез.

Я поплелась к магазину. Деньги так и валялись на мокром асфальте. Хотелось наступить на них, пройти мимо. Но… я подобрала купюры. Не для того, чтобы сделать аборт.

Глава 4

Карина

Следующим утром отец позвонил снова. Увидев входящий звонок, я напряглась. И не зря. Сперва думала, что Кирилл передумал давать деньги, но оказалось – как раз наоборот. К обещанной сумме он накинул ещё двадцать процентов, о чём отец и рассказал.

– Здорово, – только и сказала я, не разделяя его оптимизма.

– Ты сама не своя, Карина. – Папа, разумеется, это заметил. – Если что-то не так…

– Да всё так.

На работу я не опаздывала и дополнительных смен не брала. Я вообще рассчитывала провести утро в постели, тем более что Дашка дома не ночевала и вернуться должна была к вечеру. Только планы изменились. Вместо того, чтобы включить старый фильм, налить большую чашку кофе и хорошенько побездельничать, я наскоро приняла душ. Подвела глаза чёрным карандашом, добавила светлых, с серебристым оттенком, теней и, надев длинный тёплый свитер, вышла из дома.

* * *– Что ты задумал, Сафронов? – спросила, как только Кирилл открыл дверь."

"В квартиру пропускать меня он не торопился. Стоя в дверном проёме, привалился плечом к косяку. В руках – огромная чашка кофе, сам небрежно растрёпанный, домашние штаны того и гляди свалятся.

– Зачем ты дал денег моему отцу?

Кирилл сделал глоток кофе. С таким видом, словно был котом, а кофе – миской со свежей сметаной.