Ненавижу любить тебя

А что? Слова на ветер бросают те, кто не знает им цены. Но это не про меня.

* * *Через пару часов решение было принято. Надо сказать, коньяк тридцатилетней выдержки этому поспособствовал. Но в дерьмо я не ужрался, хотя желание было. Не каждый день приходится объяснять друзьям, какого хрена вместо того, чтобы привезти им на показ невесту, я посылаю их далеко и надолго.

– Иди погуляй минут десять, – сказал Дашке, как только она открыла дверь.

Тявкающее создание бросилось в ноги. Ясно теперь, чем воняло от Карины.

Дашка посмотрела вглубь квартиры. Взяла куртку, поводок. А понятливая девка. Только выглядит как Барби, а на деле-то мозги на месте.

Дверь комнаты открылась. Карина стояла, одетая в пижаму. Заспанная, с взлохмаченной башкой. Дашка ушла, её псина тоже.

– Ты выходишь за меня замуж, – сказал я, глядя на свою первую, сука, любовь. Красивую стервозную любовь.

– Ты головой приложился, Сафронов?

Да, на язык она острой была, сколько я ее помнил. Промолчал. Так быстрее дойдёт, что это не шутки.

И правда дошло. Она втянула носом воздух. Выдохнула. Я задержал взгляд на её высокой груди.

– Я не пойду за тебя. С какого перепуга?

– Я так хочу.

– Да хоти ты чего угодно! – Она начала злиться. – Я не выйду за тебя замуж, Сафронов. И вообще… У тебя невеста есть.

– Это уже не твоё дело. Теперь моя невеста ты. Не выйдешь за меня, твой отец не получит денег.

Она мигом поменялась в лице. Понимает, стерва, чем это обернётся.

– У вас и так уже почти ничего нет. Не будет и того, что осталось.

Её мордашка вытянулась. Не говорил, значит. Я продолжал смотреть на неё. Время ей нужно, чтобы дошло? Отлично.

Но дошло до неё быстро.

– Я не буду делать аборт, – просипела она.

– Не делай. Хрен с тобой.

– Тогда в чём подвох? – Похоже, Карина наконец проснулась.

Коньяк был у меня с собой. Откупорив, присел на край тумбочки. Нет, сука, красивая всё-таки.

– Переедешь ко мне.

– К тебе? – недоверчиво усмехнулась она. – И что, спать тоже с тобой буду?

– А это по ситуации.

Чёрт, а почему бы и нет? От хорошего секса хуже ещё никому не стало. А член у меня на неё как стоял, так и стоит. Пожалуй, только это и не поменялось за прошедшие годы.

– А до утра подождать не можешь?

– Нет. Мы едем праздновать помолвку.

Карина

Не будь я уверена в обратном, решила бы, что Сафронов налакался. Но несмотря на коньяк в его руках, пьяным он не был.

– Одевайся, – приказал он. Именно приказал.