Ненавижу. Скучаю. Люблю

— И я развернулась, даже дошла до бара, как услышала очередной хлопок, теперь досталось и Ладе.

— Женщины только для этих целей и годятся, — веселился клиент. Мужчины его поддержали. Мне хотелось взять с бара ведро, полное льда, и вылить содержимое им между ног, доходчиво донести, что женщина — тоже человек. Однако я прекрасно понимала, кто эти люди и чем может обернуться моя выходка. Поэтому положила поднос на столик, зашла в коридорчик, который вел в комнату для персонала, сняла фартук и направилась в комнату к шефу.

В конце концов, это его детище, и именно он не должен допускать подобного отношения к своим сотрудникам.

Постучав в дверь, я повернула ручку и уверенным шагом вошла в маленькую комнатушку, где кроме стола и кожаного кресла еще стояли четыре монитора, передавая на экран записи камер видеонаблюдения.

— Вячеслав Ильич, — произнесла откашлявшись.

— В чем дело? — мужчина поднял голову, лениво переводя взгляд с мониторов на меня.

— Я очень прошу вас, как-то донести до наших гостей, что официантка — не девушка по вызову.

И нас нельзя бить по… попе. Это… это ненормально!

— Да, ты права, — кивнул он, и я моментально выдохнула, ощутив поддержку. Даже улыбнулась, хоть видимо преждевременно.

— Это ненормально, но это сфера услуг. Ты должна была понимать куда идешь.

— Что, простите? — мне показалось, ослышалась. Пульс начал учащаться, а мышцы в икрах дергаться.

— Юля, — перешел на шепот директор. — Эти люди не просто мужики с улицы. Они стабильно раз в несколько месяцев оставляют у нас почти сотню за ночь.

Подумаешь, по заднице треснул. Тебя что твой мужик не шлепает?

— П-послушайте! — щеки залил румянец от столь откровенных разговоров, да и наглости человека напротив. — Мой парень и я — это отдельный разговор, а для блудливых игр обычно приглашают тех, кто готов это терпеть.

— Не устраивает, выход там, — фыркнул босс.

— Теперь понятно, почему у вас такая текучка кадров! — выпалила я. Меня переполняла злость и негодование, как будто обслуживающий персонал не имеет ни просто права голоса, а вообще ничего.

Словно мы рабы, на которых можно ездить. Хотя у каждого из нас были свои принципы, и уверена, девочкам тоже не нравилось подобное поведение клиентов.

— Убирайся, только потом не приползай, когда никому не нужна будешь! И денег за сегодня не получишь! — разошелся директор.

— Ну и подавитесь своими деньгами! — в сердцах крикнула, развернулась и выскочила прочь из кабинета, громко хлопнув дверью.